В 1926 году Андрей Платонович Платонов пишет сатирическую повесть «Город Градов». Эта повесть написана меньше чем за три недели, под влиянием тамбовских впечатлений: в Тамбове Платонова направили работать в отдел мелиорации губернского земельного управления. «Скитаясь по захолустьям, я увидел такие грустные вещи, что не верил, что где-то существует роскошная Москва, искусство и проза, — писал Платонов. — Но мне кажется — настоящее искусство, настоящая мысль и могут только рождаться в таком захолустье».

Позже повесть получила новую редакцию. К сожалению, это произведение менее известно, чем, например, «Котлован» и «Чевенгур», написанные гораздо позднее. Во многом это произошло из-за того, что Платонов не так давно пришел к своему читателю, его читательская аудитория только сформировалась. Сейчас его творчество вызывает большой интерес, как и произведения других писателей, недоступных широкому читателю из-за жесткого идеологического контроля над литературой в советское время. Советские критики считали сатиру Андрея Платонова неуместным, вредным литературным явлением. Даже сам Платонов сомневался в своих сатирических способностях. Но ценивший его творчество Максим Горький говорил, что ему неплохо бы удалась комедия, что, несомненно, говорит об особом сатирическом таланте писателя.



Писатель открывает для себя новые возможности в жанре сатиры, говоря о создании нового общества, о жизни людей во время революции. Уже само название напоминает город Глупов из «Истории одного города» М. Е. Салтыкова-Щедрина. «Народ в городе существовал без спешки и не беспокоился о якобы лучшей жизни. Служил с усердием, держа порядок в губернии, но ярости в труде не знал. Торговали по малости, без риска, но прочно сбывая хлеб насущный. Героев город не имел, безропотно и единогласно принимая резолюции по мировым вопросам. А может, и были в Градове герои, только их перевела точная законность и надлежащие мероприятия», — рассказывает нам Платонов. Это сатира на злобу дня, высмеивающая бюрократию.

Иван Шмаков, московский чиновник, приезжает в Градов работать. Он выявляет кучу служебных нарушений, но постепенно коснеет и привыкает ко всему происходящему в городе. А в нем даже техников, не знающих всего Карла Маркса, не принимают на работу. Но от засухи случился голод, поэтому колодцы попросили сделать солдатам и самоучкам, а техников на работу так и не приняли. В результате построенные ими шестьсот плотин смыло, а четыреста колодцев стояли сухими. Зато на выделенные на борьбу с засухой деньги самочинно построили еще «восемь планеров для почтовой службы и перевозки сена и один вечный двигатель, действующий моченым песком». «Народ тут жил бестолковый», — подводит итог автор. Бюрократы считают себя истинными тружениками и думают, что без их бумаг и учреждений, где они трудятся, советская власть не сможет существовать. Бюрократия для них — символ непобедимой силы. Они думают о переустройстве общества, за два дня составляя 25-летний перспективный план народного хозяйства. Шмаков создает огромный и важный труд — «Записки государственного человека». В нем утверждается необходимость существования бюрократии как основы строительства Советского государства, подчеркиваются ее заслуги перед революцией. Бумага, по мнению героя, — продукт высочайшей цивилизации.

Но вдруг Градовскую губернию упраздняют. Заведующий административно-финансовым отделом, Бормотов, хочет создать «автономную национальную республику, потому что в губернии жили пятьсот татар и штук сто евреев» только ради «сохранения преемственности в делопроизводстве». Но бюрократов переводят на другие места, Шмаков теперь работает уполномоченным по грунтовым дорогам и привычно пишет: на очереди «социально-философский труд» с мудреным заковыристым названием «Принципы обезличения человека с целью перерождения его в абсолютного гражданина с законно упорядоченными поступками на каждый миг бытия».

Платонов продолжает традиции Салтыкова-Щедрина как политического сатирика. Так же как и в сказках М. Салтыкова-Щедрина, речь в повести идет об обществе на определенном этапе перемен. Автор обличает пороки этого общества и его несовершенство, ведя речь о жизни государства в целом, а не об отдельных явлениях. Тема бюрократии у Платонова стоит на первом плане повествования, на втором же — изучение природы государства. Используя иронию, сатиру и гротеск, сочетая быт и фантастику, автор предупреждает об опасности извращения идеи социализма, по-щедрински гиперболизируя его черты, раскрывая его истинную сущность. Его герои это такие же продукты эпохи. Писатель подталкивает читателя к неутешительному выводу, что без бюрократии российское государство существовать не может. Подтверждение этому мы, современные читатели, наблюдаем и сейчас. Конечно, никакая цензура не могла пропустить это в печать. Критики-первооткрыватели Платонова — Л. Шубин, С. Бочаров, Е. Толстая-Сегал — говорят о парадоксальном сочетании лирики и сатиры в творчестве писателя и предельной полифонии повествования, где «рассказчик согласен вообще с любой из точек зрения». Платонов использует сове-тизмы, плакатную, лозунговую речь, газетные штампы, канцеляризмы, варваризмы, «неловкости» речи и даже церковнославянизмы, создавая свой неповторимый стиль повествования. Само название повести тавтологично, получается город Городов. Это символический образ государства, которое разобщает и уничтожает, где свобода людей минимальна. Платонова возмущают бюрократизм, вопиющая бесхозяйственность, показуха, отвлеченности общей государственной идеи от практической жизни. Платонов убеждается в дегуманизации общества государством, и это определяет пафос его следующих произведений.




See also: