1. Традиция изображения лишних людей.

2. Образ Базарова в романе «Отцы и дети”.



3. В чем суть столкновения Базарова с самим собой.

4. Роман как предвосхищение футуризма.

5. Восприятие произведения критикой.

...спрашиваю себя невольно: зачем я жил? Для какой цели я родился?.. А, верно, она существовала, и, верно, было мне назначение высокое, потому что я чувствую в душе моей силы необъятные... Но я не угадал этого назначения, я увлекся приманками страстей пустых и неблагодарных...

М. Ю. Лермонтов

Эти мысли мучают Печорина — лишнего человека — накануне дуэли с Грушницким. Русская литература дала немало примеров лишних людей — достаточно развитых, умных, сильных внутренне, решительных, но не вписывающихся в эту жизнь, а потому рефлексирующих, страдающих и губящих своими поступками и себя, и других. При этом они все понимают и мучаются: Чацкий, Онегин, Печорин, Рудин, Обломов и другие. Базаров из романа «Отцы и дети» задумывался не столько как лишний герой, сколько как герой, время которого еще не пришло. Но, как это бывает с великими писателями, проблематика произведения и сам образ Базарова получился ярче и богаче, чем просто образ демократа-разночинца, нигилиста, радикально настроенного человека.

Сам И. С. Тургенев, симпатизирующий, но не слепо доверяющий людям подобного склада, очень много места в своем творчестве уделяет осмыслению этого явления в общественной жизни. В одном из писем рассуждая об «отрицателях», он говорил: «они идут по своей дороге потому только, что более чутки к требованиям народной жизни». В этом их большой плюс. И если Базаров вызывает симпатии у самого автора и у читателей, то в более поздних произведениях «Новь», «Дым» мы встречаем гораздо резче обозначенные образы таких людей — от сатирических до гротескных.

Базаров же, на мой взгляд, один из самых цельных и трагических героев русской литературы. В нем больше привлекательного, чем отталкивающего, особенно притягивает его интеллект, решительность, мужественность, постоянная увлеченность своей деятельностью. С одной стороны, он действительно неординарный человек, и эти мысли, вынесенные в эпиграф сочинения, свойственны ему в той или иной степени.

С другой стороны, в отличие от других «лишних» людей русской литературы Базаров, напротив, победил все страсти и слабости. Он постоянно преодолевает себя, он идейно стоек и тверд. Вначале герой предстает уверенным и даже самоуверенным человеком, не считающимся с мнением других. Резкость и неуживчивость его натуры подчеркиваются с первых строк повествования, посвященных ему. Тургенев постоянно говорит о его «красных» руках, что свидетельствует о постоянном труде, о его демократическом происхождении

— дед землю пахал, о заурядной внешности — длинное и худое лицо, но при этом «широкий лоб». Это человек, который сделал себя сам, добился самостоятельности и независимости своим упорным трудом, интеллектом, волей. И уже хотя бы поэтому он вызывает уважение автора. Неоднозначную реакцию вызывают его высказывания об отрицании культуры и этических принципов, излишняя увлеченность естественными науками, доходящая до потребительского отношения к природе, бесцеремонность в манерах, рассуждения о человеческих отношениях, в том числе объяснение любви как чисто физиологического проявления.

Но по ходу романа растут симпатии и сочувствие к герою. За напускным равнодушием, грубостью скрывается способная искренне и сильно любить, понимать и чувствовать натура. Тургенев вообще любит проверять своих героев на прочность сильными искушениями, в том числе любовью — это его самый излюбленный художественный прием. При этом не все герои проходят испытание успешно. Более того, таким образом он часто показывает слабость человеческой натуры. В «Отцах и детях» испытание любовью выявляет не слабость человека — Базаров все понимает и достойно проходит этот этап. Здесь испытание любовью снимает внешнее поверхностное впечатление от главного героя.

Оказывается, что не только Аркадий, воспитанный, интеллектуально развитый, но несамостоятельный, ведомый, внутренне слабый человек примеряет несвойственную ему роль. И сам Базаров недостаточно хорошо себя знает. Односторонность и безапелляционность его взглядов вступают в противоречие с его более сложно организованной и богатой внутренне натурой. Реальная жизнь оказывается богаче и сложнее, чем отрицание и объяснение всего с точки зрения материализма и физиологических склонностей человека. Базаров открывается с другой стороны — как умеющий глубоко любить и страдать человек, при этом не теряющий здравого смысла, как заботливый сын, сильно переживающий за родителей. Роман «Отцы и дети» считается одним из самых изученных и идейно прозрачных произведений. Возможно потому, что сам Тургенев очень много и подробно писал о своих замыслах, о своем понимании героев. Вообще прототипами «сборного образа» Евгения Базарова были многие современники Тургенева — Белинский, Добролюбов, Герцен, Бакунин. Кстати, они негативно отнеслись к созданному образу разночинца-демократа, считая его изображение односторонним и несправедливым. Тургенев много писал о Базарове, считал его фигурой трагической, стоящей «на перепутье». Это человек, который не принимал прошлого и боролся с его пережитками, пока еще лишний в России. По этой причине он и уходит безвременно.

И. С. Тургенев создал образ человека, «в жизни не существовавшего, но в идеале возможного и живого», писал Ю. В. Лебедев. Действительно, Базаров — герой огромного масштаба, его судьба и смерть как плата за несостоятельность и односторонность теории нигилизма. Тургенев еще во второй половине XIX века ясно показал, к каким последствиям может привести революционера сила презрения и разрушения, если она не будет учитывать реальную, полную сложностей и проблем жизнь. Создание такого образа революционера-нигилиста, по сути, является творческим открытием Тургенева как художника.

Несмотря на жесткую критику, именно этот роман Тургенева предвосхищает рождение реального явления, появившегося в России спустя несколько десятилетий. И явление это — футуризм, собравшее под своим знаменем многих молодых людей начала XX века в России, которые думали и чувствовали, как Базаров. Кроме того, это явление имело вполне конкретное воплощение в людях. Я имею в виду трагическую фигуру большого поэта и человека В. В. Маяковского. С одной стороны, явное стремление сбросить все лишнее с парохода современности (Базаров утверждал похожее: «Пушкин гроша ломаного не стоит»), С другой — тонкая натура, безграничный уникальный талант и небоязнь быть самим собой. Таким же показан и Базаров. Удивительно, что Тургенев так точно угадал с типажом. Только в отличие от Базарова, который не «вписался» в эпоху, Маяковский — яркое свидетельство совпадения особенностей личности, таланта и эпохи, в которую он жил. Его талант раскрылся в полной мере и в полном масштабе.

Парадокс в другом — его ожидал трагический финал и безвременный уход. В жизни Маяковского произошло то же драматическое столкновение с собственными взглядами, что и привело к гибели поэта.

Я думаю, именно по той причине, что Тургенев так много и откровенно писал о сути своего героя и проблематике всего романа «Отцы и дети», до сих пор ее воспринимают несколько упрощенно. Ведь суть романа не только в споре отцов и детей, но прежде всего в споре о том, какой герой нужен России. Как показали дальнейшие события в нашей стране, этот вопрос актуален до сих пор. Последние слова Базарова, обращенные к Одинцовой, полны трагической горечи: «Отец вам будет говорить, что вот, мол, какого человека Россия теряет... это чепуха... Я нужен России... нет, видно, не нужен. Да и кто нужен?».

Эти слова сродни извечным спорам об особенностях национального характера и поиску истинного героя времени. Ю. В. Лебедев, исследователь творчества И. С. Тургенева абсолютно точно писал: «Симпатии читателей остаются за демократом Базаровым не потому, что он абсолютно торжествует, а «отцы» бесспорно посрамлены. Базаров значителен как титаническая личность, не реализовавшая громадных возможностей, отпущенных ей природой и историей». Эта мысль созвучна с высказыванием В. Г. Белинского, который истинной трагедией русского человека считал «русский размах, в который уходит вся сила, предназначенная для удара».




See also: