У Ахматовой фольклорные мотивы часто проявляются там, где необходима простота, непосредственность выражения чувств героев, полная ясность в их отношениях. В стихотворении «Лучше б мне частушки задорно выкликать…» ахматовская героиня рисует в своем воображении другие жизненные условия, в которых могли быть поставлены она и ее возлюбленный. В пику недомолвкам, полутонам в реальной жизни героиня воображает, какая была бы открытость, ясность в отношениях, будь бы они людьми из простонародья. Воображаемая ситуация складывается в сюжет, изображающий типичный уклад жизни простого люда: Лучше б мне частушки задорно выкликать, А тебе на хриплой гармонике играть! И, уйдя, обнявшись, на ночь за овсы, Потерять бы ленту из тугой косы. Лучше б мне ребеночка твоего качать, А тебе полтинник в сутки выручать, И ходить на кладбище в поминальный день, Да смотреть на белую божию сирень. Однако сюжет этого стихотворения, при всей его обращенности к народной жизни, фольклорным назвать нельзя. Цель повествования – передать сложность отношений между героями в реальной действительности Фольклорный мотив использован, чтобы показать преимущество другой жизни, которую могли бы прожить герои. То есть речь идет об ином типе сюжетного повествования, в котором желаемое выдается за действительное. Как, например, и в стихотворении «Это просто, это ясно…» героиня рассказывает о том, как она едет вслед за любимым притом, что он ее не любит: Это просто, это ясно, Это всякому понятно, Ты меня совсем не любишь, Не полюбишь никогда. Далее героиня рассказывает о событиях, которые будто бы имели место в действительности: Для чего же, бросив друга И кудрявого ребенка, Бросив город мой любимый И родную сторону, Черной нищенкой скитаюсь По столице иноземной? Последние же две строки стихотворения разрушают повествование: читатель понимает, что героиня всего лишь представила возможную поездку к возлюбленному. Но, даже то, что она, возможно, будет скитаться «черной нищенкой», совершенно не нужная своему возлюбленному, не уменьшает желания увидеть его: О, как весело мне думать, Что увижу я тебя! Таким образом, сюжет ахматовских стихотворений может раскрывать и события предполагаемые. А героиня «примерять» новый лик. Иногда необходимость выразить то или иное душевное состояние персонажа приводит к тому, что Ахматова вводит в повествование элементы сказочных сюжетов. То есть сходные чувства, которые испытывает реальная героиня и сказочный персонаж, порождают в ахматовских стихотворениях и аналогичные сказочным сюжетам ситуации. Например, героиня стихотворения «Мне больше ног моих не надо…» отказавшись от земного бытия, превращается в русалку и свое новое состояние принимает с радостью, не жалея загубленной души: «не надо мне души покорной». Она обретает таким способом, как и русалка, свободу, независимость не только физическую (способность жить в водной стихии), сколько психологическую, которую в земной жизни достичь не вдалось. Ничьих я слов не повторяю. И не пленюсь ничьей тоской… Это, собственно, и является основным устремлением героини – быть свободной от земных тревог, чувств, что сближает ее со сказочным персонажем. Событийная аналогия между ахматовским повествованием расширяет рамки сюжета стихотворений. Становится возможным восстановление по аналогии, например, предыстории развития действия. Или очевиден финал любовной истории в стихотворениях, сюжет которой заимствован из сказок. Кроме того, интересны и образы, которые создает автор. «Лики», которые обретает героиня, служат в качестве доказательства достоверности происходящего.




See also: