1. История открытия «Слова...».

2. Эпоха и идейное содержание.



3. Ценность «Слова...» как литературного произведения.

Как полагают исследователи, «Слово о полку Игореве» было создано в XII веке, однако в конце XVIII века этот литературный памятник Древней Руси пережил, можно сказать, второе рождение. Известный коллекционер граф А. И. Мусин-Пушкин приобрел сборник древних рукописей; среди других произведений, уже известных литературоведам к тому времени, оказалось и «Слово о полку Игореве». Долгое время ученые не могли расшифровать ряд непонятных мест в рукописи. Дело в том, что в текст «Слова...», переписанного, вероятно, в XVII веке, вкралось много ошибок. Кроме того, и ряд указаний на географические названия и имена русских князей, которые приводит автор «Слова...», долгое время вызывали разночтения в среде ученых.

Впрочем, само событие, легшее в основу сюжета произведения, не вызывало каких-либо сомнений в своей исторической подлинности — поход князя Игоря Святославича Новгород-Северского в 1185 году против половцев, а также о поражении и пленении этого князя, было известно из нескольких летописей. Поход этот не только стал последним для большинства дружинников князя, но и нанес сокрушительный удар интересам всех русских княжеств. Дело в том, что набеги половцев, кочевых племен, живших в степях за Доном в XI— XII веках, периодически тревожили русичей. Успехи половцев во многом были обусловлены раздробленностью Руси и постоянными междоусобицами князей, на что указывает и автор «Слова...»: «Затихла борьба князей с погаными, ибо сказал брат брату: “Это мое, и то мое же”. И стали князья про малое “это великое” молвить и сами себе беды ковать, а поганые со всех сторон приходили с победами на землю Русскую».

Чтобы положить конец половецким набегам, киевский князь Святослав Всеволодович, заручившись помощью еще нескольких князей, в 1183 году предпринял поход против кочевников. Этот поход оказался удачным для русичей: «Святослав грозный великий киевский, — грозою своею, усмирил своими сильными полками и булатными мечами; вступил на землю Половецкую, протоптал холмы и яруги, взмутил реки и озера, иссушил потоки и болота. А поганого Кобяка из Лукоморья, из железных великих полков половецких, словно вихрем вырвал. И повержен Кобяк в городе Киеве, в гриднице Святослава».

Святослав предполагал повторить поход против половцев, чтобы окончательно усмирить и устрашить этих давних противников Руси. Игорь Новго-род-Северский был в числе князей, обещавших присоединиться к Святославу Киевскому. Однако в 1185 году он неожиданно предпринял собственный поход против половцев. Князь попал в плен, но ему удалось бежать. После разгрома дружины Игоря осмелевшие половцы снова вторглись в пределы Руси.

Такова сюжетная канва «Слова о полку Игореве». Однако автор этого произведения не ограничивается простым изложением фактов. Его оценка поступков Игоря неоднозначна: сказитель прославляет доблесть князя, но в то же время не пытается приуменьшить впечатление от тех бед, которые князь безрассудно навлек на себя и Русскую землю. «А Игорева храброго полка не воскресить!» — горестно восклицает автор «Слова...», и в этой простой фразе слышится укор более глубокий, чем в многословной порицающей речи или бессвязных проклятиях. И укор этот адресован не только Игорю: его индивидуализм, желание в первую очередь «похитить славу» лично для себя, недумая о том, чем это стремление может обернуться для Руси — все это результаты раздробленности страны, когда каждый князь, номинально подчиняясь князю киевскому, по сути был сам себе господином.

Призыв к преодолению мотивов личной вражды, объединению перед лицом общей угрозы — вот главная идея «Слова...». Исторические отсылки автора играют в этом роль не меньшую, чем рассказ о недавних событиях. Сравнение прежних и нынешних князей оказывается в пользу последних, и главная причина этого — их несогласие, разрозненность: «О, печалиться Русской земле, вспоминая первые времена и первых князей! Того старого Владимира нельзя было пригвоздить к горам киевским; а ныне одни стяги Рюриковы, а другие — Давыдовы, и порознь их хоругви развеваются». Однако ценность «Слова о полку Игореве» заключается не только в его патриотическом звучании. Высокие художественные достоинства «Слова...» отмечал В. Г. Белинский, назвавший это произведение «цветком славянской народной поэзии». Действительно, трудно не заметить родство языка и образов «Слова...» с устной народной традицией. В «Слове о полку Игореве» используются многие слова и выражения, заимствованные из народной поэзии: «скакнул волком», «синее море», «червленые щиты». Также нередко встречается и олицетворение сил природы и даже отвлеченных понятий. Так, Ярославна обращается к ветру, реке Днепр и к солнцу, Игорь беседует с рекой Донец, дева Обида плещет лебедиными крыльями. Нужно отметить, что мотив плача русских женщин после поражения Игоря, а также плач Ярославны на стенах Путивля, имеет глубокие корни в культурной традиции Руси. А троекратное обращение Ярославны к природным силам — разве оно не напоминает русские народные сказки?

И образы главных героев «Слова...» неуловимо схожи с былинными, эпическими героями. Автор высоко оценивает бесстрашие и доблесть Игоря, его стремление к славе. «Лучше убитым быть, чем плененным быть», — гордо заявляет князь. Однако, провозглашая этот идеал воинской чести, он забывает, что «ни хитрому, ни удачливому... суда божьего не избежать!»

Брата Игоря, Всеволода, автор наградил выразительным эпитетом — «Яр-Тур» или «буй-тур». Тур, или бык, служит здесь символом воинственности и неустрашимости. Похвала доблести Всеволода очень Похожа на прославление подвигов былинного богатыря: «Куда, Тур, ни поскачешь, своим золотым шлемом посвечивая, — там лежат головы поганых половцев, расщеплены саблями калеными шлемы аварские от твоей руки, Яр-Тур Всеволод! Какая рана удержит, братья, того, кто забыл о почестях и богатстве, забыл и города Чернигова отцовский золотой престол, и своей милой жены, прекрасной Глебовны, любовь и ласку!»

Автор показывает нам глубокую родственную привязанность двух братьев-воинов: «И сказал ему Буй-Тур Всеволод: «Один брат, один свет светлый — ты, Игорь! Оба мы Святославичи!»; «Игорь полки заворачивает, жаль ему милого брата Всеволо-да».

Идеал мудрого правителя в «Слове...» находит воплощение в образе князя Святослава Киевского. Именно он является выразителем взглядов автора произведения. Святослав скорбит о безрассудном походе Игоря и Всеволода, о том, что его заботы о благоденствии Руси пропадают втуне из-за «княжеской непокорности». Киевский князь призывает других русских князей встать на защиту Руси и прийти на помощь злополучному Игорю: «Загородите Полю ворота своими острыми стрелами, за землю Русскую, за раны Игоря, храброго Святославича!»

Глубоко поэтичен и образ Ярославны, жены Игоря. Ее плач, звучащий в традиции народной поэзии, сближает ее с простыми русскими женщинами, оплакивающими своих мужей. Сила любви Ярославны подчиняет ей силы природы, которые оберегают князя в пути. Но не только о пленении Игоря горюет Ярославна, но и о судьбе всех русских воинов, ушедших с ним в поход против половцев: «Светлое и тресветлое солнце! Для всех ты тепло и прекрасно! Почему же, владыко, простерло горячие свои лучи на воинов лады? В поле безводном жаждой им луки расслабило, горем им колчаны заткнуло».

«Слово о полку Игореве» переведено на многие языки. Несмотря на века, которые отделяют нас от событий, описанных в этом произведении, в нем навсегда сохранился поэтический отблеск доблести, славы, любви и мудрости — вечных ценностей благородного сердца.




See also: