1. Образ родины в творчестве Есенина.

2. Поэтизация русской деревни.



3. Русская деревня как «Русь уходящая”.

Тема родины, Руси является ведущей темой в поэзии С. А. Есенина. Ее образ встречается даже в любовных стихотворениях. Например, в стихотворении «Выткался на озере алый свет зари...» свидание влюбленных происходит на фоне незамысловатого пейзажа, типичного для окрестностей русских деревень:

Знаю, выйдешь к вечеру за кольцо дорог,

Сядем в копны свежие под соседний стог.

Любовью к родине проникнута вся лирика С. А. Есенина. Однако хочется упомянуть стихотворение, в котором поэт ясно и просто говорит о нерасторжимой духовной связи с родной землей. Это конечно же стихотворение «Гой ты, Русь моя родная...», в котором России предстает в облике былинной, сказочной, святой земли. Бескрайняя «синь» Руси — это и вода озер и рек, и синева неба. Синего цвета и покров Богородицы, особенно чтимой на Святой Руси...

Благоговейное отношение к родине, как к святыне, поэт подчеркивает, сравнивая себя с богомольцем. «Хаты — в ризах образа», «пахнет яблоком и медом по церквам твой кроткий Спас» — образ Руси как храма напоминает о значении православной веры в жизни простого крестьянина. В то же время поэтический дар Есенина словно «освящает» грешную землю, на которой на самом деле далеко не все так светло и благостно. Выражением высшего восторга перед родной землей звучат слова:

Если крикнет рать святая:

«Кинь ты Русь, живи в раю!»

Я скажу: «Не надо рая,

Дайте родину мою».

В этом стихотворении легко проследить характерную для творчества Есенина поэтизацию русской деревни. Идеал Руси для поэта — это всегда русская деревня, а не просто красивый пейзаж и уж тем более не бурная городская жизнь:

И мечтаю только лишь о том,

Чтоб скорее от тоски мятежной

Воротиться в низенький наш дом.

Я вернусь, когда раскинет ветви

По-весеннему наш белый сад.

Для поэтичных картин Руси, русского села Есенин выбирает краски, традиционные в иконописи: «алый свет зари», «синь», «голубое поле», «золотая дуга», «золотистое пламя», «роща золотая», «лазурь»... Особенно часто встречаются в поэзии Есенина синий и голубой цвета. «Голубая Русь». Не зеленая, в наряде из «березового ситца», не золотая, в спелых колосьях и осенней листве, а голубая, как небо, как вода, бескрайняя и чистая, как мечта. И действительно, в поэзии Есенина образ Руси повседневной, будничной, земной переплетается со сказочным образом града Китежа, скрытого под водой, отражающегося в воде, в «сини».

Но и обыденные реалии крестьянской жизни не остаются вне взгляда поэта:

Воспою я тебя и гостя,

Нашу печь, петуха и кров...

И на песни мои прольется

Молоко твоих рыжих коров.

С такими словами обращается поэт к матери в стихотворении «Разбуди меня завтра рано...».

Столь поэтичное отношение к незатейливому крестьянскому быту, конечно, не означает, что Есенин не знал и не замечал, какова на самом деле жизнь села. Поэт надеялся, что после Октябрьской революции крестьянам будет легче жить, однако эти надежды не оправдались. Все мероприятия, осуществлявшиеся советской властью в русской деревне, были направлены на разрушение привычного уклада крестьянской жизни, который был так дорог Есенину. Предчувствие того, что привычная русская деревня, «голубая Русь» уходит в прошлое, звучит в стихотворении «Я последний поэт деревни...»:

На тропу голубого поля

Скоро выйдет железный гость.

Злак овсяный, зарею пролитый,

Соберет его черная горсть.

Не живые, чужие ладони,

Этим песням при вас не жить!

Это стихотворение — поэтическая «панихида», погребальный плач по русской деревне, какой ее знал и любил Есенин. Лирика поэта своего рода, . «дощатый мост», связывающий прошлое и будущее «страны березового ситца». Но поэт и сам осознает, насколько хрупок и «скромен» этот песенный мостик. В стихотворении «Я последний поэт деревни...» родина снова предстает храмом. Но теперь «пришлый богомолец» попал не на праздник, а на похороны:

За прощальной стою обедней

Кадящих листвой берез.

Догорит золотистым пламенем

Из телесного воска свеча...

Мотивы невозвратимости «уходящей Руси» и ее жизненного уклада звучат и в других стихотворениях Есенина:

Не разбудишь ты своим напевом

Дедовских могил!

Привязало, осаднило слово

Даль твоих времен.

Не в ветрах, а, знать, в томах тяжелых

Прозвенит твой сон.

В стихотворении «Мир таинственный, мир мой древний...» разрушение традиционного деревенского уклада показано уже не как предчувствие, а как реальность. Атрибуты прогресса, пришедшего в деревню, поэт характеризует как враждебное явление:

Вот сдавили за шею деревню

Каменные руки шоссе.

Наступление технической цивилизации, воплощенной в образе города, сопоставляется с охотой на волка. Теперь уже деревенская Русь не храм, осиянный ризами икон, не «голубень», а зверь, которого травят охотники. Но и в этом обличье родина по-прежнему дорога поэту, принимающему ее судьбу как свою собственную:

О, привет тебе, зверь мой любимый!

Ты не даром даешься ножу.

Как и ты — я, отвсюду гонимый,

Средь железных врагов прохожу.




See also: