Рассказ «Господин из Сан-Франциско» — результат размышлений писателя над вопросами смысла человеческого бытия, существования цивилизации, судьбой России в годы Первой мировой войны. Рассказ появился в печати в 1915 г. когда уже совершалась всемирная катастрофа. Сюжет и поэтика рассказа Бунин описывает последний месяц жизни богатого американского бизнесмена, устроившего для своей семьи длительное и насыщенное «удовольствиями» путешествие в Европу. За Европой должны были последовать Ближний Восток и Япония. Экспозиция – часть, предшествующая сюжетному повествованию – объясняет, почему, с какой целью и как собирался путешествовать господин из Сан-Франциско. Удивляет детальное и даже утомительное перечисление мест, которые должен был посетить этот человек. Подробно изложено, что именно он должен был увидеть. Казалось бы, путешествие было продумано до мелочей. Не должно было быть никаких случайностей. Даже будущий цвет вод был описан в рекламном проспекте, который обязательно должен был штудировать господин из Сан-Франциско. Для путешествия был выбран знаменитый пароход «Атлантида», похожий на громадный отель со всеми удобствами. Но Атлантида – это название той загадочной страны, которая ушла под воду со всеми своими обитателями и унесла с собой загадку какой-то развитой цивилизации. План начинает рушиться, едва начав осуществляться.

Вместо «моря цвета незабудок» – свинцовые грозные волны. Природа вмешивается в самонадеянную человеческую жизнь, и вот уже приходиться плыть не по плану рекламного буклета, а в поисках настоящего солнца. Путь лежит на Капри. Так возникает завязка в произведении. Неподвластная человеку стихия продиктовала свои законы. Интересно понаблюдать за публикой на пароходе. Особенно привлекает молодая, кажущаяся влюбленной пара. Лицемерие стало нормой жизни этих людей, чувства куплены. Все идет в ход для привлечения богатых туристов, для того, чтобы доставить им удовольствие.



Незадолго до отплытия на Капри, а затем в день прибытия семья из Сан-Франциско сталкивается с какими-то непонятными явлениями: дочь вдруг видит принца, который на самом деле уже в Риме, а сам господин признает в хозяине своего последнего в жизни отеля того самого человек, которого видел во сне. Но Бунин специально отмечает, что « в душе его уже давным-давно не осталось ни даже горчичного семени каких-либо так называемых мистических чувств…» Зачем Бунин ввел в повествование эти эпизоды? Перед кульминационной сценой мы видим подробное описание аксессуаров одежды готовящегося к позднему обеду господина. Но приглядимся внимательней. Холодное перечисление частей туалета безымянного господина не создает ощущения радости и полноты бытия, а описание его лица и головы скорее рисует перед нами картину обряжения покойника. Вот он приглаживает «остатки жемчужных волос вокруг смугло-желтого черепа», тревожна черно-белая гамма его одежды. Еще при описании господина из Сан-Франциско на пароходе «Атлантида» Бунин отметил его желтоватое лицо «с подстриженными серебряными усами», золотые пломбы его крупных зубов и цвета старой слоновой кости крепкую лысую голову. Перед нами портрет живого мертвеца. Борьба старого человека с запонкой окончательно лишает его сил. «Но тут зычно, точно в языческом храме, загудел по всему дому второй гонг». Этот звук символически обозначает завершение жизни господина из Сан-Франциско. Смерть господина из Сан-Франциско – кульминационная сцена - ничем сюжетно не мотивирована, но логично обоснована поэтикой рассказа. Человек, считавший себя достигшим всего, что ценилось в его кругу, распланировавший свою жизнь на два года вперед, умирает внезапно, природа вмешивается в чрезмерно подробный план его жизни. Так некогда неизвестная катастрофа внезапно разрушила цивилизацию загадочной Атлантиды. Так кто же всем управляет?

– задаст свой знаменитый вопрос дьявол в романе «Мастер и Маргарита». Бунин в своем предельно реалистическом рассказе даже и дьяволу найдет место. Мир удовольствий и комфорта не терпит напоминания о смерти и трагедиях. Тело господина прячут, его смерть ничем не должна потревожить богатых туристов, продолжающих свое путешествие так, словно ничего и не случилось и смерть одного человека – ничем не примечательный эпизод из жизни. Но сюжет рассказа на этом не завершается. Следует изображение панорамы Неаполитанского залива, зарисовка уличного рынка. Бунин переходит к описанию жизни совсем других людей – горцев.

Они почему-то названы по имени, а ряд персонажей так и остались безымянными. Почему? Подумайте над этим. Обратите внимание на одежду горца. Ее описание оставляет совсем иное впечатление, нежели перечисление аксессуаров одежды господина из Сан-Франциско. Почему это происходит? Посмотрите, как скрупулезно был расписан распорядок дня богатых туристов. Как часто Бунин прибегает к оборотам «во-первых», «во-вторых», «в одиннадцать», «в пять», «в семь часов». Признаком какой жизни является такая строгая регламентация, что в ней тревожит писателя? А знал ли господин из Сан-Франциско о той подлинной жизни, которую ведут горцы, лодочник Лоренцо, их близкие? В рекламном проспекте, который обещал много радостей туристам, они занимали определенное место, как очередные экспонаты всемирного музея удовольствий. Не более того. Занятия их были упомянуты так, словно это дикари, обязанные развлекать скучающую публику. Найдите это описание. Недаром при посещении итальянских музеев богатые туристы производили «осмотр мертвенно-чистых и ровно, приятно, но скучно, точно снегом, освещенных музеев или холодных, пахнущих воском церквей, в которых повсюду одно и то же». Такими виделись им великие шедевры Италии. Знаменитые произведения искусства, чудесные виды по-настоящему открываются тому, кто может ценить простые радости бытия, кто не запер себя в клетку регламентированной и мертвенной жизни. Мир автора намного значительней и богаче мира заморских туристов. В поле зрения автора, а значит, и читателя попадают простые люди, поющие песни во славу рождения в Вифлеемской пещере Младенца. Так мы точно устанавливаем время, описанное в рассказе – канун Рождества. Как вы думаете, зачем Бунин приурочил смерть господина из Сан-Франциско к этому периоду года? В повествование входит тема вечности. Вставная мининовелла о римском императоре Тиверии (Тиберии) позволяет ввести в рассказ историческую перспективу. Такие, как умерший богач, были и в прошлом. Гимном неостановимому потоку жизни завершается эта часть. Эпилог И вновь перед нами пароход «Атлантида», зловещее название которого предсказало внезапную смерть господина из далекого города. Тут и притаился на скалах Гибралтарского пролива перед выходом в Атлантику Дьявол. Зачем этот образ введен в повествование? В последней трети рассказа масштаб авторского взгляда достигает предельных величин. Повествование о смерти американского бизнесмена переходит в авторское рассуждение – медитацию – о связи человека и мира, о величии природного космоса и его неподвластности человеческим волям, о вечности и непроницаемой тайне бытия. И в сам текст врываются могучие образы-символы: бушующий океан, «бесчисленные огненные глаза» корабля, громадный как утес, Дьявол, похожий на языческого идола капитан, «громады котлов» и «адские топки» в подводной утробе корабля.




See also: