1. Страницы истории.

2. Звуковые эффекты.



3. Контрастные описания.

4. Прием олицетворения.

Отличительное свойство русского ума состоит в отсутствии понятия о границах.

Б. Н. Чичерин

В творчестве М. Ю. Лермонтова значительное место занимают различные философские и психологически наполненные произведения. Но основа такого творчества начала закладываться еще в ранних произведениях. Например, в юнкерском сочинении М. Ю. Лермонтова «Панорама Москвы», написанном по заданию преподавателя русской словесности в Школе гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров В. Т. Плаксина. В небольшом повествовании отражены все те моменты, которые найдут свое более полное развитие в дальнейшем творчестве прозаика и поэта.

С самых первых строк перед нами предстает не просто безжизненный город с его ансамблями и населением. Перед нами словно разворачиваются страницы истории. Лермонтов начинает свое повествование с древней величественной Москвы. Автор отмечает, что он представляет собой не безмолвную громаду камней, город наделен своей душой и жизнью. Поэтому жители подчиняются ее плавному течению.

Так, с самого начала повествования создается многогранный образ столицы. Он развернут на историческом полотне и в то же время показан в своей глубине, то есть наделен человеческими качествами. Поэтому каждая его черта важна не только для населения города, но и для ищущих и творческих людей, которые порой находятся очень далеко от этого места. Однако они могут сохранить частичку и разгадать тайну такого интересного уголка с помощью надписи: «Как в древнем римском кладбище, каждый ее камень хранит надпись, начертанную временем и роком, надпись, для толпы не понятную, но богатую, обильную мыслями, чувством и вдохновением для ученого, патриота, поэта!..». Так после описания величественной Москвы автор вводит в повествование людей, которые могут поэтично и вдохновенно описать все достоинства древнего города. Среди них писатель выделяет людей творческих и преданных не только своему делу, но и родине.

В этом первом юношеском произведении нам представлен такой ход описания, который характерен для более поздних текстов писателя. Как замечали многие исследователи, сначала М. Ю. Лермонтов дает панорамное изображение той или иной местности и после этого наполняет ее звуковыми эффектами. Такой же схемы он придерживается в сочинении «Панорама Москвы». После того как автор показал нам величественную Москву и наполнил ее людьми, в повествовании появляются звуковые эффекты. При этом создается многогранная картина и на звуковом уровне. «Как у океана, у нее есть свой язык, язык сильный, звучный, святой, молитвенный!..». Но в этот звучный мир входят и каждый житель со своим языком, самовыражением. Все это многоголосие объединяется одним единым образом города. Поэтому нам хочется согласиться с автором в том, что картина, возникающая под его пером, может придавать видимые черты и самим звукам: «...бестелесные звуки принимают видимую форму, что духи неба и ада свиваются под облаками в один разнообразный, неизмеримый, быстро вертящийся хоровод!..».

В этом произведении М. Ю. Лермонтов решает и еще один очень сложный вопрос. В качестве точки отталкивания для своих наблюдений он выбирает

верхний ярус колокольни «Иван Великий» в Московском Кремле. Так эта точка приобретает символическое значение: имеет духовное наполнение. Колокольня позволяет автору подняться не только над самим городом, но и над проблемами общества. Поэтому он сравнивает его с муравейником, в котором суетятся люди и кипят страсти.

Подобное отдаление от этого мира позволяет автору внести в повествование исторические черты и приметы времени. Например, он вспоминает о Сухаревой башни, которая была сооружена по приказу Петра I. Так, в одном повествовании он совмещает два образа Москвы и города Петра — Петербурга. Они на протяжении всей истории представляли собой две различные стороны жизни общества. Москва в описании М. Ю. Лермонтова показана через обширную картину, а северный город — через заслуги Петра I. Холодность последнего образа оставляет свой отблеск на изображении самой башни: «Ее мрачная физиономия, ее гигантские размеры, ее решительные формы, все хранит отпечаток другого века, отпечаток той грозной власти, которой ничто не могло противиться».

В этом повествовании со своей определенной характеристикой появляется еще один исторический персонаж — Иван Грозный. В повествование данная фигура вводится через образ храма, показывая тем самым, что время его правления отражалось не только на жизни, но и в душах русских людей. И оно было таким же мрачным и тяжелым не только для Москвы, но и для самого государства, как и мрачная картина храма, наводящая уныние.

В архитектуре города автор отмечает и европейские традиции. Некоторые здания построены на западный манер. В одном пространстве города автор показывает совмещение множества различных культур, которые хорошо соседствуют между собой.

Такое же контрастное сопоставление автор использует и при описании народа. После характеристики мрачного, но великолепного храма Васи - < лия Блаженного взору предстает пестрая толпа торговцев: «Рядом с этим великолепным, угрюмым зданием, прямо против его дверей, кипит грязная толпа, блещут ряды лавок, кричат разносчики, суетятся булочники у пьедестала монумента, воздвигнутого Минину... все так шумно, живо, неспокойно!..».

Панорамное изображение Москвы, представленное в произведении, не обходится и без одного из главных водоемов — Москвы-реки. Но она показана не в своем великолепии, а в рабочем, трудовом, состоянии. Она изнемогает от того бремени судов, которые идут по ней с грузом. И в его составе замечены очень важные для жизни составляющие

— хлеб и дрова.

При описании водного пространства в произведение входят различные олицетворения, рисующие перед нами поэтически красочную картину. В ней появляется особый колорит: «А там... начинаются Воробьевы горы, увенчанные густыми рощами, которые с крутых вершин глядят в реку, извивающуюся у их подошвы подобно змее, покрытой серебристой чешуей».

Подобные черты в конце повествования приобретает и сам город. Автор сравнивает древнюю столицу с красавицей, которая только вечером показывает свои лучшие уборы. И именно в такой момент она оставляет в душе «сильное, неизгладимое впечатление». Защитой же ей непременно служит Кремль, который автор сравнивает с державным венцом на челе грозного владыки.

В конце сочинения в описании города М. Ю. Лермонтов использует различные древние поверья. Так в повествовании появляется образ птицы Феникса, которая может сама себя сжигать и тем самым приносить обновление. Эта картина весьма символична для Москвы, которая пережила пожар Отечественной войны 1812 года.

Так автор создает в своем описании действительно пауорамное изображение города. Оно не только движется вширь, но и уходит вглубь веков. Город создается в сочинении не только через архитектурные ансамбли, но и с помощью простых людей. В небольшом прозаическом произведении автор показывает и страницы нашей истории, которые органично входят в само повествование. Так через отдельные яркие личности он придает своей картине определенную монументальность. Кажется, что перед нами не текст начала XIX века, а летописный свод о деяниях и свершениях Руси в самых ее ярких проявлениях. При этом автор не забывает и об европейской составляющей в портрете города. В образе Москвы все находится в неразделимом единстве. Некоторые из строений даже приобретают человеческие черты, тем самым показывая юношеский восторг самого автора. Через такие сравнения нам понятно и отношение повествователя к монументальному образу Москвы. Свою картину поэт наполняет не только изображениями, но и звуковыми эффектами и символичными образами, позволяющими создать красочную панораму города. Именно такое описание позволяет не столько видеть, сколько чувствовать тот особый ритм описания и повествования, который хочет передать в своей картине автор. Об этом он говорит в своих заключительных строках: «Надо видеть, видеть... надо чувствовать все, что они говорят сердцу и воображению!..».




See also: