Введение

Любовная лирика занимает одно из главных мест в творчестве поэтов, но степень ее изученности невелика. Монографических трудов по этой теме нет, частично она раскрывается в работах В. Сахарова, Ю.Н. Тынянова, Д.Е. Максимова, говорят о ней как о необходимом составляющем творчества. Некоторые авторы (Д.Д. Благой и другие) сопоставляют любовную тему в творчестве сразу нескольких поэтов, охарактеризовывая некоторые общие черты. А.Лукьянов рассматривает любовную тему в лирике А.С. Пушкина через призму психики человека. Книга полностью посвящена любовной лирике поэта. Статья С. Воложина так же полностью посвящена теме любовной лирики А.С. Пушкина. Есть монографии, которые частично раскрывают данную тему, но не в детальном ее рассмотрении. Современники ассоциируют любовные мотивы с возлюбленными А.С. Пушкина и М.Ю.Лермонтова, описывая лишь отношения, их зарождение, развитие, разрыв. В учебниках тема любви раскрывается в кратком анализе нескольких любовных стихотворений, ограничивается их перечнем. Исходя из этого можно сделать вывод, что данная проблема, сопоставления любовной лирики поэтов, широко не представлена ни в одном литературном труде. Актуальность этой темы выражается в сопоставлении одинаковых тем, мотивов, настроений в творчестве обоих поэтов. Цель данной работы заключается попытке сопоставить любовную лирику А.С. Пушкина и М.Ю.Лермонтова. В выявлении общих и различных черт при сопоставительном анализе любовной лирики А.С. Пушкина и М.Ю. Лермонтова. Задачи: 1) Проанализировать труды критиков по этому вопросу и материалы исследователей; 2) Выявить круг произведений обоих авторов, отвечающих заданной теме; 3) Выявить особенности трактования темы любви в творчестве обоих писателей; 4) Сопоставить одинаковые темы и мотивы в творчестве обоих авторов; 5) Обобщить полученные данные. Предмет исследования – анализ нескольких стихотворений, показывающие одинаковые мотивы в творчестве поэтов. Стихотворения представленные для анализа А.С. Пушкина : «Любовь и рассудок», «К Чаадаеву», «Сожженное письмо», «Я вас любил», «Я помню чудное мгновенье», «Признанье», «На холмах Грузии», «Ты и Вы», «Все кончено: меж нами связи нет», «Ты вянешь и молчишь». Анализируемые стихотворения М.Ю. Лермонтова: «Всевышний произнес свой приговор», «К ***», «Я не достоин, может быть», «К деве небесной», «И скучно и грустно», «Отчего», «Они любил друг друга так долго и нежно», «Нет, не тебя так пылко я люблю», «Нищий», «Она не гордой красотою». Новизна данной работы определяется тем, что в ней исследованы на сопоставительном уровне стихотворения, в которых наблюдается одна и та же тема, но в разные моменты жизни, ее эволюция. Сопоставлены представления о любви А.С. Пушкина и М.Ю. Лермонтова. Структура курсовой работы: работа состоит из введения, четырех разделов, заключения и списка используемой литературы. В первой и втором разделах анализируются любовные стихотворения А.С. Пушкина и М.Ю. Лермонтова, а в третьем и четвертом разделе описана история, эволюция любовной темы в лирике поэтов. В заключении описано сопоставление любовной лирики поэтов и, на основании полученных данных, делается вывод.  

1. Анализ любовной лирики А.С. Пушкина

Все поэты так или иначе обращаются к теме любви. И для каждого поэта эта тема имеет особое, личное значение. Античные поэты считали чувство любви самым главным: в нем они черпали вдохновение, любовь обогащала их духовно. На священных чувствах любви и дружбы полностью основывается такое литературное направление, как сентиментализм. Большое место тема любви занимает в творчестве поэтов-романтиков. Для Александра Сергеевича Пушкина любовная тема является одной из основных в его лирике. Тема любви берет начало из лицейского творчества поэта. Например, стихотворение «Любовь и рассудок», написанное в 1814 году.

  Младой Дафнис, гоняясь за Доридой, «Постой, — кричал, — прелестная! постой, Скажи: «Люблю» — и бегать за тобой Не стану я — клянуся в том Кипридой!» «Молчи, молчи!» — Рассудок говорил, А плут Эрот: «Скажи: ты сердцу мил!» «Ты сердцу мил!» — пастушка повторила, И их сердца огнем любви зажглись, И пал к ногам красавицы Дафнис, И страстный взор Дорида потупила. «Беги, беги!» — Рассудок ей твердил, А плут Эрот: «Останься!» — говорил. Осталася — и трепетной рукою Взял руку ей счастливый пастушок. «Взгляни, — сказал, — с подругой голубок Там обнялись под тенью лип густою!» «Беги, беги!» — Рассудок повторил, «Учись от них!» — Эрот ей говорил. И нежная улыбка пробежала Красавицы на пламенных устах, И вот она с томлением в глазах К любезному в объятия упала… «Будь счастлива!» — Эрот ей прошептал, Рассудок что ж? Рассудок уж молчал.  

Начальные стихи Пушкина хранят несомненную печать классицизма. Его прямые приметы— удаленная от житейской повседневности традиционно-парнасская тематика: отвлеченный образ любимой, называемой каким-либо античным именем — Хлои, Дориды, Делим; абстрактный, условно-декоративный пейзаж; частое обращение к мифологизмам. В стихотворении «Любовь и рассудок» поэт прославляет Бога Эроса – бога любви, безотлучного помощника Афродиты, олицетворение любовного влечения, обеспещивающего продолжение жизни на земле. Рассудок и Эрот противопоставляются друг другу. В душе лирических героев идет противоречие, но, в итоге, любовь побеждает. Это влияние на Пушкина философии сладострастия. Пушкин воспевает беспечное наслаждение жизнью, дружеский пир, вино. Любовь для него — это тоже одно из жизненных наслаждений, легкое, приятное чувство. Но определяющее влияние на раннего Пушкина оказал все же не классицизм в его устоявшихся поэтических нормах, а романтизм Батюшкова и Жуковского. Чаще через их посредство поэт подражает Анакреонту, Тибуллу, Парни, Мильвуа и другим западноевропейским поэтам. Очень скоро легкая, жизнеутверждающая поэзия, понимание любви как веселого развлечения сменится гражданскими мотивами, воспеванием гражданских доблестей. Чувство любви ставится на одну линию с внутренней свободой. Любовь помогает поэту уйти от мира в глубину своих чувств, где он полностью свободен и ни от кого не зависим. В южной ссылке, в романтический период творчества, любовь для Пушкина — это уже не «шалость юных лет», не патриотическое чувство к родине, а глубокая, драматическая страсть. Любовь поэта-романтика часто безответна, всегда несчастна. Она, подобно листку из стихотворения «Сожженное письмо», горит в душе лирическою героя и сгорает за один миг, оставляя после себя лишь пепел и опустошенную душу.

  Прощай, письмо любви! прощай: она велела. Как долго медлил я! как долго не хотела Рука предать огню все радости мои!.. Но полно, час настал. Гори, письмо любви. Готов я; ничему душа моя не внемлет. Уж пламя жадное листы твои приемлет… Минуту!.. вспыхнули! пылают — легкий дым Виясь, теряется с молением моим. Уж перстня верного утратя впечатленье, Растопленный сургуч кипит… О провиденье! Свершилось! Темные свернулися листы; На легком пепле их заветные черты Белеют… Грудь моя стеснилась. Пепел милый, Отрада бедная в судьбе моей унылой, Останься век со мной на горестной груди…  

Это стихотворение рисует картину сожжения лирическим героем письма любимой. Письмо дорого автору, он обращается к нему, как к живому существу: «Прощай, письмо любви. Прощай! Она велела…». Читатель видит перед собой взволнованного человека, который собирается «предать огню» все, что было ему дорого, сжечь «все радости свои». Ему жаль расставаться с любовным посланием, он колеблется, но «Час настал, гори письмо любви». Это стихотворение проникнуто болью и горечью уже с самого начала. Герой оставляет за возлюбленной право на выбор, даже если он не в его пользу. Кажется, что у лирического героя не остается ни на что сил, но он тверд в выполнении желаний любимой: «…прощай: она велела». И опять же прощается герой не с письмом, а с любовью, которая его покидает. Настроение лирического героя не равномерно. Едва успокоившись, он тут же снова начинает страдать; это видно, благодаря тому, что автор использует восклицательные предложения и умолчание. Сюжет стихотворения, в общем-то, прост: любимая женщина потребовала от поэта, чтобы он уничтожил ее письмо, что он, собственно, и делает; письмо сгорает, поэт грустит. В соответствии с сюжетом в стихотворении три части. Первая и третья части занимают по 4 стиха, а вторая — три двустишия. Первая часть — монолог поэта, обрекающий письмо на гибель; третья часть — монолог, обещающий сожженному письму — пеплу — бессмертие. Таким образом, части первая и третья противоположны, как понятия «смерть» и «бессмертие». В конце стихотворения поэт обращается уже не к письму, как в начале стихотворения, а к тому, что от него осталось, к «пеплу милому». Образ любимой проступает для автора сквозь пепел. В самом пепле он видит черты любимой. Он просит у него остаться «век со мной на горестной груди». Тем самым, мы понимаем, что письмо сгорело, но чувства поэта еще не превратились в пепел, ему больно и трудно. Пепел — воспоминание о радостном и горьком. Воспоминание становится пеплом. Все стихотворение вообще написано в достаточно быстром темпе. Чувства автора выражены без особых поэтических тропов, лишь при помощи восклицаний, придающих картине сожжения письма моментальность. Почти в каждой строке используется градация. Например:

  Минуту!.. вспыхнули! пылают — легкий дым, Виясь, теряется с молением моим.  

Этот горький финал заставляет Пушкина разочароваться в романтической любви. Нужна ли поэту такая свободная, но разрушительная, опустошающая любовь, которая, кроме горя и боли, ничего не оставляет в душе? Такая любовь уничтожает сам источник вдохновения. Великий поэт отказывается от романтической любви. В Михайловском он еще раз переосмысливает тему любви в своем творчестве, возвращаясь к ранней лирике, к пониманию любви как внутренней свободы и источника вдохновения. В стихотворениях Михайловского периода Пушкин поднимается намного выше трактовки любви как преходящей, земной страсти. В 1824 году было написано стихотворение, которые при жизни поэта не было напечатано «Все кончено: меж нами связи нет»:

  Все кончено: меж нами связи нет. В последний раз обняв твои колени, Произносил я горестные пени. Все кончено — я слышу твой ответ. Обманывать себя не стану вновь, Тебя тоской преследовать не буду, Прошедшее, быть может, позабуду — Не для меня сотворена любовь. Ты молода: душа твоя прекрасна, И многими любима будешь ты.

  Лирический герой отказывается от своей любви, для него любовь – проходящее чувство: Все кончено — я слышу твой ответ. Обманывать себя не стану вновь. Лирический герой разочаровывается в любви настолько, что говорит «Не для меня сотворена любовь». Он ставит на себе крест, но своей возлюбленной желает большой любви в будущем: Ты молода: душа твоя прекрасна, И многими любима будешь ты. В стихотворениях Пушкина любовь становится идеальным, вечным чувством. Она приобретает оттенок жертвенности и рыцарства. В стихотворении «Я вас любил…» поэт провозглашает бескорыстную любовь:


Я вас любил: любовь еще, быть может, В душе моей угасла не совсем; Но пусть она вас больше не тревожит; Я не хочу печалить вас ничем. Я вас любил безмолвно, безнадежно, То робостью, то ревностью томим; Я вас любил так искренно, так нежно, Как дай вам бог любимой быть другим.  

Это одно из самых загадочных и проникновенных произведений пушкинской лирики. Загадочность этих строк — в их простоте, безыскусности, но в тоже время в емкости и глубине выраженного чувства. Любить, пусть безответно, в понимании Пушкина, — уже само по себе великое счастье. Это стихотворение посвящено Анне Алексеевне Олениной. Однако чувство отвергнутой любви остается высоким. Поэт не перестает употреблять слова «Я вас любил». В первом четверостишии герой вспоминает об угасшей любви, скорее всего безответной. Надо отметить, что эта любовь еще осталась у него в сердце: «В душе моей угасла не совсем». Поэт одушевляет чувство, он использует глагол в форме прошедшего времени («любил»), чтобы показать, что любовь прошла, ее больше не вернуть. Однако его любовь чиста и бескорыстна. В своей любви автор великодушен: «Но пусть она вас больше не тревожит». Огромную роль играет трехкратное повторение «я вас любил…», а также повторы однотипных словесных конструкций: «безмолвно, безнадежно», «так искренно, так нежно». Эти повторы придают поэтическому монологу элегическое настроение. Последняя строка звучит как бы на выдохе, — как страстное и прощальное пожелание. Стихотворение «Ты вянешь и молчишь», напечатано в сборнике 1826 года с пометкой «Подражание Ан.Шенье»:

  Ты вянешь и молчишь; печаль тебя снедает; На девственных устах улыбка замирает. Давно твоей иглой узоры и цветы Не оживлялися. Безмолвно любишь ты Грустить. О, я знаток в девической печали; Давно глаза мои в душе твоей читали. Любви не утаишь: мы любим, и как нас, Девицы нежные, любовь волнует вас. Счастливы юноши! Но кто, скажи, меж ими Красавец молодой с очами голубыми, С кудрями черными?.. Краснеешь? Я молчу, Но знаю, знаю всё; и если захочу, То назову его. Не он ли вечно бродит Вкруг дома твоего и взор к окну возводит? Ты втайне ждешь его. Идет, и ты бежишь, И долго вслед за ним незримая глядишь. Никто на празднике блистательного мая, Меж колесницами роскошными летая, Никто из юношей свободней и смелей Не властвует конем по прихоти своей.    

Поэт описывает чувства, которые испытывают влюбленные. Ничто не интересует влюбленную девушку, она: «Безмолвно любишь ты грустить». Такие же чувства испытывают и влюбленные юноши:

  … мы любим, и как нас, Девицы нежные, любовь волнует вас.  

Великий русский поэт показал, что любовь — это источник внутренней свободы и гармонии, источник творческого вдохновения. В стихотворении «Я помню чудное мгновенье…», посвященной Анне Петровне Керн.


Я помню чудное мгновенье: Передо мной явилась ты, Как мимолетное виденье, Как гений чистой красоты. В томленьях грусти безнадежной В тревогах шумной суеты, Звучал мне долго голос нежный И снились милые черты. Шли годы. Бурь порыв мятежный Рассеял прежние мечты, И я забыл твой голос нежный, Твой небесные черты. В глуши, во мраке заточенья Тянулись тихо дни мои Без божества, без вдохновенья, Без слез, без жизни, без любви. Душе настало пробужденье: И вот опять явилась ты, Как мимолетное виденье, Как гений чистой красоты. И сердце бьется в упоенье, И для него воскресли вновь И божество, и вдохновенье, И жизнь, и слезы, и любовь.  

Женщину, которую он так сильно любил, Пушкин сравнивает с чем-то божественным, неземным. Она у него как «гений чистой красоты», возвышенная, всегда необыкновенно прекрасная. Вся жизнь его пошла ходом, все преобразилось с ее появлением. В томлениях грусти поэт часто в памяти своей слышал ее нежный голос, ему снились милые черты. И даже несмотря на то, что время постепенно стирает в памяти все:

Шли годы. Бурь порыв мятежный Рассеял прежние мечты, И я забыл твой голос нежный, Твои небесные черты.  

Пушкин рисует идеальный, небесный образ любви. Этот образ чужд всему земному. В стихотворении нет ни одной конкретной черты возлюбленной лирического героя. Перед нами образ чистого, идеального проявления красоты. Только его явление способно рождать в душе поэта высокие чувства и вдохновение:

  И сердце бьется в упоенье, И для него воскресли вновь И божество, и вдохновенье. И жизнь, и слезы, и любовь.  

  Южная ссылка и отрыв поэта от общества оказывают большое влияние на творчество Пушкина, он ощущает себя изгнанником, наподобие романтических героев Байрона. Романтизируется и пушкинская любовь. Это уже не шалость юных лет, но глубокая, драматическая страсть. Например, в стихотворении «Признанье» (1826 г.), посвященном А. И. Осиповой.

  Я вас люблю, — хоть я бешусь, Хоть это труд и стыд напрасный, И в этой глупости несчастной У ваших ног я признаюсь! Мне не к лицу и не по летам… Пора, пора мне быть умней! Но узнаю по всем приметам Болезнь любви в душе моей: Без вас мне скучно, — я зеваю; При вас мне грустно, — я терплю; И, мочи нет, сказать желаю, Мой ангел, как я вас люблю! Когда я слышу из гостиной Ваш легкий шаг, иль платья шум, Иль голос девственный, невинный, Я вдруг теряю весь свой ум. Вы улыбнетесь, — мне отрада; Вы отвернетесь, — мне тоска; За день мучения — награда Мне ваша бледная рука. Когда за пяльцами прилежно Сидите вы, склонясь небрежно, Глаза и кудри опустя, — Я в умиленье, молча, нежно Любуюсь вами, как дитя!.. Сказать ли вам мое несчастье, Мою ревнивую печаль, Когда гулять, порой, в ненастье, Вы собираетеся вдаль? И ваши слезы в одиночку, И речи в уголку вдвоем, И путешествия в Опочку, И фортепьяно вечерком?.. Алина! сжальтесь надо мною. Не смею требовать любви. Быть может, за грехи мои, Мой ангел, я любви не стою! Но притворитесь! Этот взгляд Всё может выразить так чудно! Ах, обмануть меня не трудно!.. Я сам обманываться рад!  

В этом стихотворении лирический герой – бесконечный романтик, жаждущий жизни, любви. Он трогательно объясняется в любви свой возлюбленной, которую называет «Ангел мой». Лирический герой смело признается в свой любви, хоть и оговаривается, что это «Мне не к лицу и не по летам». Мы видим образ возлюбленной глазами лирического героя, как он трогательно за ней наблюдает:

  Когда за пяльцами прилежно Сидите вы, склонясь небрежно, Глаза и кудри опустя, — Я в умиленье, молча, нежно Любуюсь вами, как дитя!..  

Лирический герой просит его обмануть, лишь бы он поверил, что эта любовь взаимная:

  Мой ангел, я любви не стою! Но притворитесь! Этот взгляд Всё может выразить так чудно! Ах, обмануть меня не трудно!.. Я сам обманываться рад!  

Один из примеров удивительной простоты и ясности – стихотворение Пушкина «На холмах Грузии»:

  На холмах Грузии лежит ночная мгла; Шумит Арагва предо мною. Мне грустно и легко; печаль моя светла; Печаль моя полна тобою, Тобой, одной тобой… Унынья моего Ничто не мучит, не тревожит, И сердце вновь горит и любит — оттого, Что не любить оно не может. Два первых стиха дают пейзажную картину: На холмах Грузии лежит ночная мгла; Шумит Арагва предо мною.  

Пейзаж содержит скрытое противопоставление двух начал. Первый стих рисует холмы — возвышенности, поднятые к небу. Второй — лежащую у ног поэта глубокую реку. Чувство глубины подчеркивается глубоким звуком «у»; «Шумит Арагва предо мною». Таким образом, первые строки вводят в сознание читателя образы высоты и глубины. Но еще более важна упомянутая в первом стихе «ночная мгла». Мгла у Пушкина никогда не означает просто темноту, а всегда ночную тьму, перемешанную с чем-либо. Третий и четвертый стихи характеризуют внутреннее состояние лирического героя. Оно находится в согласии с окружающим пейзажем. Чувства, испытываемые героем-автором, противоречивы: «грустно и легко» — это не только разные, но и трудно совместимые чувства. Объяснение их соединению дает выражение «печаль моя светла»: подобно тому как ночная темнота, пронизанная лунным светом, делается не страшной, не враждебной, а грустной и поэтичной, печаль пронизана светом. Каким светом (светом чего), в стихе пока не говорится. Этому посвящен следующий стих: Печаль моя полна тобою. Введенное в стихотворение поэтическое «ты» — образ неназванной возлюбленной (кому Пушкин адресовал это стихотворение, точно не известно, вопрос этот до сих пор составляет предмет споров комментаторов) — становится источником света. Именно ею полна печаль, и это делает печаль светлой. Параллелизм пейзажа и душевного мира подчеркивается системой звуковых повторов: слова третьего стиха повторяют звуки первого, являясь как бы их эхом. Стихотворение «Ты и Вы», написанное в 1828 году:

  Пустое вы сердечным ты Она, обмолвясь, заменила И все счастливые мечты В душе влюбленной возбудила. Пред ней задумчиво стою, Свести очей с нее нет силы; И говорю ей: как вы милы! И мыслю: как тебя люблю!  

Напечатано в «Северных цветах» на 1829 год. Написано 23 мая 1828 года. В 1828 году Пушкин увлекался дочерью президента Академии художеств А.А.Олениной и даже сватался за нее, но затем сам отказался от брака. О поводе к стихотворению говориться запись самой олениной: «А.А.Оленина ошиблась, говоря Пушкину ты, и на другое воскресенье он привез эти стихи». Такое замещение формального вы дает право лирическому герою открыть свое сердце перед возлюбленной:

  И все счастливые мечты В душе влюбленной возбудила.  

Пушкин переосмысливает основные темы своей поэзии, и любовь получает у него совсем иное освещение. Примером может служить стихотворение 1818 года «К Чаадаеву».

  Любви, надежды, тихой славы Недолго нежил нас обман, Исчезли юные забавы, Как сон, как утренний туман; Но в нас горит еще желанье, Под гнетом власти роковой Нетерпеливою душой Отчизны внемлем призыванье. Мы ждем с томленьем упованья Минуты вольности святой, Как ждет любовник молодой Минуты верного свиданья. Пока свободою горим, Пока сердца для чести живы, Мой друг, отчизне посвятим Души прекрасные порывы! Товарищ, верь: взойдет она, Звезда пленительного счастья, Россия вспрянет ото сна, И на обломках самовластья Напишут наши имена!  

Пушкин как бы пытается примирить два совершенно разных направления: сентиментализм и классицизм. Поэт соединяет гражданские идеалы с интимными чувствами. В центральных строках стихотворения любовные переживания сравниваются с гражданскими стремлениями:  

Мы ждем с томленьем упованья Минуты вольности святой, Как ждет любовник молодой Минуты верного свиданья.

  Любовь как интимная ценность в гражданской лирике Пушкина соединяется с патриотическими чувствами. Теперь любовь для поэта — это, прежде всего, любовь к Родине. В стихотворении «К Чаадаеву» соединяются несовместимые раньше понятия любви к женщине и любви к родине.

2. Анализ любовной лирики М.Ю.Лермонтова

Любовь занимает важное место в творчестве многих поэтов. Большое внимание этой теме уделял и Михаил Юрьевич Лермонтов. Безусловно, в ранней лирике особенности подхода к данной теме во многом определяются романтической традицией: безответность, обман, измена той, которая — единственная в мире — могла бы понять лирического героя, — всё это устойчивые мотивы любовной лирики. Измена возлюбленной, разрыв с ней тем не менее не уничтожают чувства лирического героя, напротив — делают его ещё глубже, непобедимей в его душе. Стихотворение «Всевышний произнес свой приговор», написанное в 1831 году:


Всевышний произнес свой приговор, Его ничто не переменит; Меж нами руку мести он простер, И беспристрастно всё оценит. Он знает, и ему лишь можно знать, Как нежно, пламенно любил я, Как безответно всё, что мог отдать, Тебе на жертву приносил я. Во зло употребила ты права, Приобретенные над мною, И, мне польстив любовию сперва, Ты изменила — бог с тобою! О нет! я б не решился проклянуть! Всё для меня в тебе святое: Волшебные глаза, и эта грудь, Где бьется сердце молодое. Я помню, сорвал я обманом раз Цветок, хранивший яд страданья,— С невинных уст твоих в прощальный час Непринужденное лобзанье; Я знал: то не любовь — и перенес; Но отгадать не мог я тоже, Что всех моих надежд, и мук, и слез Веселый миг тебе дороже! Будь счастлива несчастием моим И, услыхав, что я страдаю, Ты не томись раскаяньем пустым, Прости!— вот всё, что я желаю… Чем заслужил я, чтоб твоих очей Затмился свежий блеск слезами? Ко смеху приучать себя нужней: Ведь жизнь смеется же над нами!


Лирический герой возносит свою любовь, он жертвовал всем ради возлюбленной, но та его предала. Однако лирический герой все равно любит ее и по прежнему все в ней любит и все восхваляет:


Всё для меня в тебе святое: Волшебные глаза, и эта грудь, Где бьется сердце молодое.  

Лирический герой ждет извинений, не понимая, чем он заслужил такое отношение к себе.


Будь счастлива несчастием моим И, услыхав, что я страдаю, Ты не томись раскаяньем пустым, Прости!— вот всё, что я желаю…  

Изначальные благородные порывы человеческой души до неузнаваемости изуродованы глумлением и насмешками над святостью любви. Лермонтовские стихи – крик поруганной любви о мщении. Но в этом мщении, в этих приговорах свету живет любовь, живет живой жизнью. Она не мирится с насилием над ней. В этом суть лермонтовской философии мщения, порожденного любовью. Ненависть – это активность поруганной любви. В ненависти любовь стремится к своему возрождению, борется за себя. Вне ненависти она смиряется и погибает:

  Всевышний произнес свой приговор, Его ничто не переменит; Меж нами руку мести он простер И беспристрастно все оценит. Он знает, и ему лишь можно знать, Как нежно, пламенно любил я, Как безответно все, что мог отдать, Тебе на жертву приносил я.  

В ненависти любовь сохраняет свою активность лишь тогда, когда эта ненависть имеет своим предметом не частность, а общее. Стихотворение «К***» («Я не унижусь пред тобою…»), написанное в 1832 году, посвящено Наталье Федоровне Ивановой, в которую тогда был влюблён молодой поэт. В произведении речь идёт о разочаровании, о неразделенной любви, об измене девушки, не оценившей возвышенные чувства лирического героя, то есть самого автора. Оскорблённый в своих чувствах, поэт упрекает любимую в том, что она была не честна с ним, не оправдала его надежд, а лишь кокетничала, отнимая то время, которое он мог потратить на творчество:

  Как знать, быть может, те мгновенья, Что протекли у ног твоих, Я отнимал у вдохновенья!  

Теперь герой видит в девушке только лицемерие и притворство, которых он раньше не замечал:

  Зачем ты не была сначала, Какою стала наконец!  

Эта ситуация изменила отношение Лермонтова к женщинам. Его разочарование в любви объяснимо и не может не вызывать сочувствия. Героиня не оценила по достоинству искренность и силу чувств поэта, он с горечью осознал это и теперь, наверное, уже никогда не сможет быть в любви счастливым и беззаботным:

  Иль женщин уважать возможно, Когда мне ангел изменил.  

Лермонтов продолжает считать свою возлюбленную самой лучшей, несмотря на её измену. Если даже она – ангел, по его мнению, — так поступили, то каковы же все остальные. Героя отличают такие качества, как свободолюбие и гордость. Поэтому, несмотря на сильное, глубокое чувство, он больше не хочет унижаться и быть рабом своих эмоций:

  Ты позабыла: я свободы Для заблужденья не отдам.  

Наталье Ивановой поэт посвятил много стихотворений. «К***» — это последнее лирическое послание, которое поэт написал для неё. В основу произведения положен приём антитезы: искренняя любовь противопоставлена коварной измене, а юношеские надежды – горестному разочарованию. Автор использует яркие выразительные средства, помогающие ему передать сложное душевное состояние: эпитеты («дар чудесный», «коварную измену»), метафоры («пожертвовал я годы твоей улыбке и глазам», «мгновенья…я отнимал у вдохновенья», «тебе я душу отдавал»), иносказания («ангел», «бессмертие»), гиперболы («целый мир возненавидел», «в страсти стану клясться всем», « я был готов…целый мир на битву звать»). Стихотворение написано четырёхстопным ямбом с использованием перекрёстной рифмы. В нём нет деления на строфы. Михаил Юрьевич часто употребляет риторические восклицания и вопросы. Также здесь встречаются анафоры: («И так пожертвовал я годы…- И так я слишком долго видел…», «Зачем так нежно обещала…- Зачем ты не была сначала…»). Все эти особенности произведения создают эффект взволнованной речи, наполненной глубоким чувством. Такую же тему, тему несчастной любви, можно проследить в стихотворении, написанном в 1831 году «Я не достоин, может быть»:

  Я не достоин, может быть, Твоей любви: не мне судить; Но ты обманом наградила Мои надежды и мечты, И я всегда скажу, что ты Несправедливо поступила. Ты не коварна, как змея, Лишь часто новым впечатленьям Душа вверяется твоя. Она увлечена мгновеньем; Ей милы многие, вполне Еще никто; но это мне Служить не может утешеньем. В те дни, когда, любим тобой, Я мог доволен быть судьбой, Прощальный поцелуй однажды Я сорвал с нежных уст твоих; Но в зной, среди степей сухих, Не утоляет капля жажды. Дай бог, чтоб ты нашла опять, Что не боялась потерять; Но… женщина забыть не может Того, кто так любил, как я; И в час блаженнейший тебя Воспоминание встревожит! Тебя раскаянье кольнет, Когда с насмешкой проклянет Ничтожный мир мое названье! И побоишься защитить, Чтобы в преступном состраданье Вновь обвиняемой не быть!  

Возлюбленная, прекрасная, как ангел, оказалось коварной изменщицей. на обманывает юного поэта, заставляет усомниться в существовании любви.

  Но ты обманом наградила Мои надежды и мечты, И я всегда скажу, что ты Несправедливо поступила.  

Лирический герой Лермонтова и любит и ненавидит одновременно. Герой полностью отдается любви, но терпит поражение.

  Но… женщина забыть не может Того, кто так любил, как я.  

  Совершенно другое по настроение и тематике стихотворение «К деве небесной» (1831 год):

  Когда бы встретил я в раю На третьем небе образ твой, Он душу бы пленил мою Своей небесной красотой; И я б в тот миг (не утаю) Забыл о радости земной. Спокоен твой лазурный взор, Как вспоминание об нем; Как дальный отзыв дальных гор, Твой голос нравится во всем; И твой привет и твой укор, Все полно, дышит божеством. Не для земли ты создана, И я могу ль тебя любить? Другая женщина должна Надежды юноши манить; Ты превосходней, чем она, Но так мила не можешь быть!  

Лирический герой сравнивает свою возлюбленную с ангелом, говорит о ее небесной красоте, красоте идеальной.

  И твой привет и твой укор, Все полно, дышит божеством.  

Лермонтов возносит возлюбленною до божественных созданий, говорит, что она не создана для мирской жизни, он готов ради нее забыть обо всем. Но лирический герой убежден, что такое ангельское создание создано не для него, и имеет ли он права любить ее. Но внезапно все возвышенные сравнения исчезают:

  Другая женщина должна Надежды юноши манить; Ты превосходней, чем она, Но так мила не можешь быть!  

В 1840 году М.Ю.Лермонтов пишет стихотворение «И скучно и грустно»:

  И скучно и грустно, и некому руку подать В минуту душевной невзгоды… Желанья!.. что пользы напрасно и вечно желать?.. А годы проходят — все лучшие годы! Любить… но кого же?.. на время — не стоит труда, А вечно любить невозможно. В себя ли заглянешь? — там прошлого нет и следа: И радость, и муки, и всё там ничтожно… Что страсти? — ведь рано иль поздно их сладкий недуг Исчезнет при слове рассудка; И жизнь, как посмотришь с холодным вниманьем вокруг - Такая пустая и глупая шутка…  

В этом произведении автор как бы подводит итог своей жизни. С высоты прожитых лет пытается разобраться в этой сложной мозаике, которую он сам же и собрал. Лермонтов рассуждает об одиночестве, о смысле жизни вообще.  

И скучно и грустно, и некому руку подать В минуту душевной невзгоды…  

Автор сожалеет о том, что он одинок, что нет того человека, который бы утешил, помог в трудную минуту, разделил горечь.  

Любить…но кого же?…на время – не стоит труда А вечно любить невозможно.

  Вечная любовь кажется немыслимой вещью. Да и вообще, если «посмотреть с холодным вниманьем вокруг», то жизнь – это «пустая и глупая шутка». Другими словами, жизнь – это вечный обман. В этом произведение ярко проявляется скептицизм Лермонтова. Он ни в чем не видит счастья жизни. Для него дружба, любовь, желания, радости это лишь инструменты жизни – этой «пустой и глупой шутки». «И скучно и грустно», это фраза как не нельзя лучше отображает настроение автора. Он как будто хочет, чтобы все в мире было идеально. Чтобы друзья были вечны, чтобы любовь была вечна. «И скучно и грустно» – это монолог человека (даже целого лермонтовского поколения), который не может смириться с мыслью, что невозможно достигнуть гармонию между человеком, и равнодушным к нему миром. Стихотворение позднего периода творчества М.Ю. Лермонтова «Нищий» было написано в 1830 году:  

У врат обители святойСтоял просящий подаянья Бедняк иссохший, чуть живой От глада, жажды и страданья. Куска лишь хлеба он просил, И взор являл живую муку, И кто-то камень положил В его протянутую руку. Так я молил твоей любви С слезами горькими, с тоскою; Так чувства лучшие мои Обмануты навек тобою!

  Первой возлюбленной Лермонтова была Екатерина Сушкова. Ее встреча с Лермонтовым состоялась весной 1830 года. Красивая и умная Екатерина стала предметом юношеского увлечения поэта. Поэт был сильно в нее влюблен, но она не отвечала ему взаимностью. Эта любовная история имела продолжение: через 5 лет, когда они вновь встретились, Лермонтов заставил Сушкову влюбиться в себя. И тогда он объявил, что она ему не интересна и прилюдно унизив, бросил ее. Десять стихотворений посвящено Е.Сушковой, среди них «Благодарю», «Ночь», «Нищий». История создания стихотворения «Нищий»: Лермонтов посетил Лавру и увидел, как нищему вместо денег бросили камушки. Такая бессердечность, насмешка над горем бедняка побудили Михаила Лермонтова написать проникновенное, обличительное стихотворение. В этом стихотворении юный поэт сравнивает себя с нищим, а Сушкову с молодежью, которая обманывает бедного нищего. Лермонтов соотносит себя с нищим, который на паперти просит хлеба, так он молил ее о любви, но она была к нему равнодушна. Стихотворение «Она не гордой красотою», написанное в 1832 году, включено в цикл стихотворений, посвященных В. Лопухиной:


Она не гордой красотою Прельщает юношей живых, Она не водит за собою Толпу вздыхателей немых. И стан ее не стан богини, И грудь волною не встает, И в ней никто своей святыни, Припав к земле, не признает; Однако все ее движенья, Улыбки, речи и черты Так полны жизни, вдохновенья, Так полны чудной простоты. Но голос душу проникает Как вспоминанье лучших дней, И сердце любит и страдает, Почти стыдясь любви своей.

  В героине этого цикла не только не отмечены черты, обычные для своего светского круга, но, наоборот, она с ее «чудной простотой» и неспособностью лицемерить скорее противопоставлена идеалу светской красавицы:


И стан ее не стан богини, И грудь волною не встает, И в ней никто своей святыни, Припав к земле, не признает;

  Герой цикла не случайно называет ее своим товарищем, «лучом — путеводителем («Мы случайно сведены судьбою …») и своей мадонной — эпитеты, которые трудно было применить к Е.Сушковой и к Н.Ивановой. В связи с этим и чувство, рассказанное в стихах к Варваре Лопухиной, — разделенное и просветленное, — в корне отличалось от скорбной и бесплотной страсти, окрасившей собой предшествующие любовные циклы Лермонтова:  

И сердце любит и страдает, Почти стыдясь любви своей.

Стихотворение «Отчего» написано в 1840 году:

Мне грустно, потому что я тебя люблю, И знаю: молодость цветущую твою Не пощадит молвы коварное гоненье. За каждый светлый день иль сладкое мгновенье Слезами и тоской заплатишь ты судьбе. Мне грустно… потому что весело тебе.  

В стихотворении «Отчего» судьба возлюбленной и счастья лирического героя целиком связываются с воздействием враждебной среды. При этом лермонтовский герой не всегда довольствуется ролью внутренне непримиренной жертвы общественных условий, препятствующих его любви, но иногда и восстает против этих условий. Стихотворение «Они любили друг друга» является вольным переводом стихотворения Гейне:  

Они любили друг друга так долго и нежно, С тоской глубокой и страстью безумно-мятежной! Но, как враги, избегали признанья и встречи, И были пусты и хладны их краткие речи. Они расстались в безмолвном и гордом страданье И милый образ во сне лишь порой видали. И смерть пришла: наступило за гробом свиданье… Но в мире новом друг друга они не узнали.

  Лермонтов описывает расставание возлюбленных. Стихотворение пронизано пессимистическими мотивами. Они расстались в безмолвном и гордом страданье Расставание приравнивается смерти. Но и в загробном мире влюбленные не нашли друг друга.  

И смерть пришла: наступило за гробом свиданье… Но в мире новом друг друга они не узнали.

  Стихотворение «Нет, не тебя так пылко я люблю» предположительно адресовано Е.Г.Быховец, которая была похожа на возлюбленную Лермонтова В.А. Лопухину.  

Нет, не тебя так пылко я люблю, Не для меня красы твоей блистанье: Люблю в тебе я прошлое страданье И молодость погибшую мою. Когда порой я на тебя смотрю, В твои глаза вникая долгим взором, Таинственным я занят разговором, Но не с тобой я сердцем говорю. Я говорю с подругой юных дней, В твоих чертах ищу черты другие, В устах живых — уста давно немые, В глазах — огонь угаснувших очей.

  Стихотворение о любви начинается с отрицания, закрепленного повторением «не». Однако чувство здесь не отбрасывается, а, напротив, утверждается в усиленной форме: «так пылко я тебя люблю». Отрицание переносится на лирическое «ты», и это сразу создает неожиданную двойственность текста: «ты» сохраняется как объект стихотворения и отвергается как объект влечения. Герой любит нечто иное, но оно заключено «в тебе». Вторая строфа, на первый взгляд не содержащая существенных отличий от первой, на самом деле изменяет ее семантику. С одной стороны, хотя сохраняется указание на мнимость связи с «ты», упоминание о «я» прежнем исчезает, как и «погибшая молодость». Называя же этот разговор «таинственным», Лермонтов подчеркивает ее особый, внесловесный характер. Это «разговор сердцем». Создается двойная схема : внешняя связь, объектом которой является «ты» и внутренняя («таинственный разговор», «разговор сердца»), объектом которой «ты» быть не может. Невозможность единения двух людей подчеркнута тем, что в пространстве этого стихотворения «я» и «ты» одного временного отрезка нигде не встречаются: если в первой строфе «блистающая» жизнью героиня совмещена с «погибшей молодостью» лирического героя, то в третьей он, перестрадавший, пытается говорить с подругой, чьи уста «давно немы». Ее образ есть жажда идеальной любви; это не столько человек, сколько стремление духа вырваться за пределы индивидуальности, из мира оборванных связей в мир всеобщего понимания.  

3. Любовная лирика А.С. Пушкина

В поэтическом мире любовной лирики Пушкина все уравновешено, гармонично, творчески завершено и тем самым оправдано. Здесь вольно живет свободная душа поэта – на то и лирика. Разумеется, чувства даны в развитии, все время поверяются разумом, ибо это история бесконечно богатой, сложной, мятущейся души, жизнь великого сердца, история любви, выраженной в тончайших ее движениях, во всем богатстве зреющих мыслей и переживаний. Лишь великая лирическая поэзия может полно высказать «свободную, кипящую любовь» (слова князя в «Русалке»), сделать ее бессмертной. Лучше всего об этом сказано в «Евгении Онегине»:    

Прошла любовь, явилась муза, И прояснился темный ум. Свободен, вновь ищу союза Волшебных звуков, чувств и дум.

  Здесь ясно определено движение поэтических чувств и мыслей: сначала «безумная» страсть, туманящая разум, затем постепенное успокоение и творческое проницание и, наконец, дарованная поэзией свобода понимания и выражения любви. Но далее начинаются неизбежные трудности и недоразумения, ибо в любовной лирике Пушкина соединены темы, идеи и образы, казалось бы, несоединимые. Великий поэт отказывается от романтической любви. В Михайловском он еще раз переосмысливает тему любви в своем творчестве, возвращаясь к ранней лирике, к пониманию любви как внутренней свободы и источника вдохновения. В стихотворениях Михайловского периода Пушкин поднимается намного выше трактовки любви как преходящей, земной страсти. Мы видим, что тема любви в лирике Пушкина в разные периоды его творчества раскрывается им по-разному. В лицейский период — это легкое, несерьезное чувство, одно из наслаждений жизни. В петербургский период любовь связана с патриотическими стремлениями поэта: это любовь к Родине. В период южной ссылки Пушкин изображает любовь как романтическую, опустошающую cтpacть. И только в Михайловском Пушкин приходит к пониманию любви как высшей ценности человека. Любовь теперь связана у него с внутренней свободой, способной пробуждать в поэте вдохновение и самые лучшие человеческие чувства. Биография поэта не равна его любовной лирике, Пушкин и лирический герой его поэзии – очень разные люди. Иногда кажется, что этот поэт не нуждается в лирическом герое… Об этом и не стоило бы напоминать, если бы пушкинская лирика не возникла и развилась в эпоху романтизма, а автор ее не был бы учеником Карамзина, Батюшкова и Жуковского, стихотворцев, узаконивших и оправдавших именно лирику как всем интересную жизнь романтической души в поэтическом слове. Но по своей литературной образованности и культурным корням, по самому типу личности и скептическому отношению к женщине Пушкин являлся человеком галантного и цинического XVIII столетия, видевшего в любви целую науку «наслаждаться, не любя». Он смело говорит о себе, своем жизненном и любовном опыте, становится героем своей любовной лирики, которую читала вся Россия. Характерны уже названия ранних его стихотворений – «Наслажденье», «Желание», «Блаженство», «Рассудок и любовь», где пылает «желанья, жизни огнь». Для романтиков красота и любовь – возвышенные идеалы, которые не на земле обитают, по точному слову меланхолического Жуковского, поэт – их вдохновенный певец и мечтательный служитель, стремящийся к «очарованному там». А юный Пушкин – поэт земной, певец живых страстей и плоти, любви реальной, не мечтательной, понимаемой как радость: «Миг блаженства век лови… Пока живется нам, живи». Главное для него тогда и потом – «бесценной жизни сладость»:  

Поэма никогда не стоит Улыбки сладострастных уст.

  Да, это говорит автор «Медного всадника» и «Полтавы», и это правда. Пушкин раньше и лучше Чернышевского знал, что прекрасное есть жизнь. Но понимал, что сохранить подлинную красоту и любовь может лишь высокое искусство. С самого начала лирика любви юного поэта являла собой бурное кипение жизненных сил и страстей, в ней горел «огонь мучительных желаний». Это светлый, радостный мир, чуждый «угрюмых страданий»:    

Я знал любовь, не мрачною тоской, Не безнадежным заблужденьем, Я знал любовь прелестною мечтой, Очарованьем, упоеньем.

  Пушкинские традиции темы любви были унаследованы другими русскими поэтами. Соединение любви с гражданскими и патриотическими чувствами, сравнение возлюбленной с Родиной свойственно патриотической лирике Некрасова. «Как женщину, ты родину любил», — говорит он в стихотворении «Памяти Добролюбова». Также это свойственно Блоку («Россия») и Маяковскому («Письмо Татьяне Яковлевой»). Романтическая любовная лирика Пушкина явилась во многом основополагающей для творчества Лермонтова. Созданная же Пушкиным в последний период творчества философия самозабвенной любви будет творчески развита не только поэтами, но и прозаиками Гончаровым, Тургеневым, Толстым.  

4. Любовная лирика М.Ю. Лермонтова

Лермонтов — одно из самых высоких, героических имен в русской литературе. Читатель Лермонтова при первом же прикосновении к творчеству поэта ощущает себя стоящим у порога огромного и неповторимого поэтического мира. Этот мир поражает и завораживает своей таинственной глубиной и мощью, своим мужественным и трагическим строем. В поэтическом мире Лермонтова господствует тот ни на что не похожий, но безошибочно узнаваемый «лермонтовский элемент» (Белинский), который легче почувствовать, чем определить и объяснить. Трудность такого определения зависит не только от естественного сопротивления, которое оказывает искусство неизбежно обедняющему его анализу, но и от некоторой недоговоренности, недосказанности лермонтовского поэтического творчества, остановленного на полном ходу и далеко не реализовавшего всех своих великих возможностей. И все же общие идеи, лежащие в основе поэзии Лермонтова, поддаются определению и объяснению. Это — идеи личности и свободы, которые утверждает поэт как самые высокие ценности и критерии. Лермонтов нашел в этих идеях, существовавших и до него, особый аспект и воплотил их со страстью, своеобразием и полнотой, неизвестными его предшественникам в русской поэзии. В самом деле, стихи молодого Лермонтова о любви, если брать их в целом, ближе к подлинной биографии поэта, нередко точнее отражают ее реальные факты, чем его лирические произведения на другие темы. Отсюда — «предметность» и жизненная конкретность этих стихов. Циклы любовных стихотворений Лермонтова не выделены им самим и не всегда ясны по своему составу, но тем не менее очень для него характерны. Любовные стихи молодого Лермонтова были посвящены Анне Столыпиной, Екатерине Сушковой, Наталье Ивановой (самый обширный цикл — свыше двадцати стихотворений) и Варваре Лопухиной. Стихотворения некоторых из этих циклов дают возможность проследить не только какой-либо момент любовных переживаний лирического героя, но и фазу развития его отношений с возлюбленной, например возникновение его чувства, ее «вероломство» и «измену», нарастание его скорби, вызванное «изменой», охлаждение и т. д. (стихи к Н. Ивановой). В этих стихах преобладают ходячие, условные обозначения женской красоты («прелестный взор», «чудные глаза» и т. п.), но сквозь эти штампы просвечивают и живые индивидуализированные образы героинь. Так, например, в стихах, адресованных Е. Сушковой, пунктирно намечается ее светский облик: «притворное внимание», «острота речей», насмешливое обращение с героем, бездушие (стихотворение «Благодарю!»). В цикле, связанном с Н. Ивановой — более серьезном и глубоком, — женский образ также окружен легкими светскими ассоциациями. Этот цикл характеризуется чисто лермонтовским психологическим анализом и уклоном к трагической тональности, которая контрастирует со светлым тоном, преобладающим в любовной лирике Пушкина. И — что особенно важно — в этом цикле есть намеки на то, что причиной любовной трагедии являются некоторые особенности героини, сближающие ее с духом светского общества, и само светское общество («… и мук и слез Веселый миг тебе дороже!», «И слишком ты любезна, чтоб любить!», «мы с тобой разлучены злословием людским» и т. д.). Иную характеристику получает женский образ в стихах, посвященных В. А. Лопухиной. В героине этого цикла не только не отмечены черты, обычные для светского круга, но, наоборот, она с ее «чудной простотой» и неспособностью «лицемерить» скорее противопоставлена идеалу светской красавицы («Она не гордой красотою…»; ср. «Посвящение» к «Демону», 1831). Герой этого небольшого цикла не случайно называет ее своим «товарищем» (дважды), «лучом-путеводителем» («Мы случайно сведены судьбою…») и своей «мадонной» — эпитеты, которые трудно было применить к Е. Сушковой и даже к Н. Ивановой. В связи с этим и чувство, выраженное в стихах к Лопухиной, — разделенное и просветленное — в корне отличалось от печального настроя предшествующих любовных циклов Лермонтова. «Люблю, люблю» — постоянный рефрен лермонтовской лирики. «Никто не мог тебя любить, как я, так пламенно и так чистосердечно» — скажет он в элегии «Смерть», чтобы вновь и вновь повторять: «Я не могу другой любить», «Я все тебя любил и все любил так нежно». В.Соловьев замечает, что в лермонтовской лирике «почти всегда не выражается любовь в настоящем, в тот момент, когда она захватывает душу и наполняет жизнь. У Лермонтова она уже прошла, не владеет сердцем, прелесть его любовных стихов – прелесть миража». Лермонтовская любовь – это приговоренность, осужденность на вечность, она превыше всего: «Образ твой всегда повсюду я носить с собою осужден». И пусть любящего ожидают несчастье, жертвы и сама смерть – все равно они не отменяют и не разрушают любви. Любовь, — по Лермонтову, — чувство первичное, рождающееся с человеком, несоотносимое и несоизмеримое. Оно соизмерят все, но его не измерить ничем. Вот почему поэт писал:  

Кто жил одной любовью, погубил Все в жизни для нее, а все любил.

  Любовь, способная все существование человека «пересилить» «в единый миг», «в однообразном северном краю все» в «новый блеск одеть», любовь, заключающая в себе весь смысл жизни человека и, как таковая, равная человеческому, протипоставляется Лермонтовым небесному и божественному, — он готов нарушить «все клятвы, кроме клятв любви». И принося свою клятву верности, Лермонтов говорит о ней, как о единственном, чему только и можно верить:  

Зови надежду – сновиденьем, Неправду – истиной зови, Не верь хвалам и увереньям, Но верь, о, верь моей любви!

  Любовь – абсолютный закон бытия, отвергающий все небесное и противопоставленный ему. Поэт очень рано отвергает божественное в своих мечтаниях, его идеал родился на земле, и несет земное как истинное свое достояние:  

Не для земли ты создана, И я могу ль тебя любить?.

    Земля, земное – вот истинное название лермонтовской любви, принимаемое во всем богатстве и во всей бесконечности своих определений. Лермонтовское земное – земное в его огромности, в нем все грани человеческого я, все проявления жизни человека. Эта любовь не изолирует человека от мира, а возвращает мир человеку и человека миру. Здесь нет и не может быть бегства от любви, она везде, она во всем, она – сам человек. Но, возведя любовь в перл человеческого, поэт очень рано ощутил бесчеловечность (иначе говоря – «безлюбовность») общественных отношений, в которых протекает жизнь человека. Лермонтовская поэзия любви не могла не привести к острому конфликту поэта с окружающим его обществом. Вот почему тема любви у Лермонтова сразу стала и трагической и героической и приняла общественно-политическую форму выражения и направленности. Интимная лирика была лирикой философской, политической. Философия любви есть философия страдания. Но философия страдания не есть философия любви. В перемене мест членов уравнения равенство рушится. Любовь, пройдя стадию страдания, чтобы сохранить свою деятельную силу, должна превратить в себе – другое, в ненависть. И ненависть была порождена оскорбленной любовью. Романтическая антиномичность порождает противопоставление любви и ненависти, причем если уж это ненависть, то ко всему миру:  

И целый мир возненавидел, Чтобы тебя любить сильней.

  Мир здесь вызывает ненависть не сам по себе, не «автоматически», поэт предполагает, что мог бы получить от мира бессмертие за «дар чудесный», которого он не дал миру, ибо любовное чувство целиком охватило его. Один из современников Лермонтова отметил, что его любовь зла и мстительна:  

Страшись любви: она пройдет, Она мечтой твой ум встревожит, Тоска по ней тебя убьет, Ничто воскреснуть не поможет …

  В лермонтовской поэзии любви была вся полнота любовной стихии: мужество, самоотречение, величие и благородство. Но им трагически недоставало ответного чувства родственной души. Так родилась лирика страданий, изломов, сетований и проклятий. Но за которыми вы явно ощущаете первородное мужество потрясенного и негодующего сердца. Любовные мотивы лирики Лермонтова переплетаются с богоборческими. В отличие от религиозно-философских систем, объявляющих, что бог есть любовь, лейтмотивом поэзии Лермонтова является мысль о том, что божество враждебно любви, а любовь враждебна божеству, она греховна, она наказуема. Бог не прощает любви, и за любовь прощения у бога не просят, ибо прощение можно получить только ценой отказа от любви. Бог враждебен любви. Поэтому в стихотворении «Покаяние» в любви согрешившая дева не хочет «пред небесным о спасеньи слезы лить». Ее «покаяние» не было раскаянием. Она пришла на исповедь не для раскаяния, а для того, чтобы не умертвить с собою все, что любила в жизни. «Если таешь ты в страданье, если дух твой изнемог, но не молишься в покаянье: не простит великий бог!..» — ответил ей поп, и этим «Не простит» заканчивается стихотворение. Таким образом, тема любви – одна из главных тем в творчестве М.Ю.Лермонтова. Он обращался к ней на протяжении всей своей жизни: в ранний юношеский период, в более зрелые годы, воспевал это чувство в стихотворениях, поэмах, в прозаических произведениях. Любовь, по Лермонтову, очень сильное чувство, чувство первичное, рождающееся с человеком, несоотносимое и несоизмеримое. Это приговоренность, осужденность на вечность, она превыше всего. Любовь враждебна божеству, она греховна, она наказуема. Любовь никогда не может существовать без ненависти, эти два противоположные чувства у Лермонтова всегда вместе как одно неразделимое целое; и если одно из них не проявится, то и другое не сможет проявить себя в полной мере и в скором времени исчезнет. Любовь, по Лермонтову, чувство, испытывая которое, человек должен избавиться от одиночества. Но этого не происходит, потому что героиня никогда не поймет влюбленного в нее героя, никогда не сможет быть с ним вместе. Поэтому любовь и одиночество всегда сопровождают друг друга. Индивидуализм, сказавшийся в стихах Лермонтова о любви, проявился и в лирической характеристике их героя. Выявление внутреннего мира этого героя не сводится к демонстрации его чувства. Мысли о любви смешиваются в его монологах с его заветными мыслями о себе и обо всем. Таким образом, и стихи Лермонтова о любви выходят из рамок своей непосредственной темы, воссоздают личность поэта в ее целостности и полноте.    

Заключение

Тема любви — одна из вечных тем, одна из самых прекрасных тем, поэтому А.С. Пушкин и М.Ю.Лермонтов никак не могли обойти ее, поэтому они обращался к ней и в юношеский, и в более зрелый период. Тема любви в лирике Пушкина в разные периоды его творчества раскрывается им по-разному. В лицейский период — это легкое, несерьезное чувство, одно из наслаждений жизни. В петербургский период любовь связана с патриотическими стремлениями поэта: это любовь к Родине. В период южной ссылки Пушкин изображает любовь как романтическую, опустошающую cтpacть. И только в Михайловском Пушкин приходит к пониманию любви как высшей ценности человека. Любовь теперь связана у него с внутренней свободой, способной пробуждать в поэте вдохновение и самые лучшие человеческие чувства. Стихотворения А.С. Пушкина были посвящены многим женщинам. Но можно выделить несколько общих мотивов в любовной лирике поэта: - любовь как беспечное наслаждение, легкое, приятное чувство (лицейский период); - любовь – глубокая, драматическая страсть (южная ссылка); - идеальное, вечное чувство; - любовь – источник внутренней свободы; Исследователи творчества Пушкина посчитали, что он посвящал стихи ста тридцати семи женщинам. Эти увлечения, постоянное чувство влюбленности помогали ему в создании прекрасных произведений. Любовь, по Лермонтову, очень сильное чувство, чувство первичное, рождающееся с человеком, несоотносимое и несоизмеримое. Но любовь никогда не бывает одна. Ее всегда сопровождают такие чувства, как ненависть и одиночество. Любовь даже не может попросить помощи у бога, так как бог враждебен любви, не принимает ее, отрицает. Поэтому любовная лирика — это лирика страданий, изломов, сетований и проклятий. Любовной лирике М.Ю.Лермонтова характерны биографизм и циклизация. В стихотворениях можно проследить этапы любви: ее зарождение, развитие, подъем, спад, прекращение. Особенно это прослеживается в цикле, посвященной Н.Ивановой. Любовные стихи Лермонтова были посвящены: Анне Столыпиной, Екатерине Сушковой, Наталье Ивановой и Варваре Лопухиной. В связи с этим можно выделить несколько циклов, и, соответственно, несколько мотив любовной лирики Михаила Юрьевича: 1. Мотив любви к светской женщине. - Любовь к женщине, полностью посвятившей себя «свету», живущей по его законам, обладающей качествами, присущими женщине — светской львице, привыкшей иметь множество поклонников и отрицать чувство любви, заменяя его влюбленностью, флиртом. Например, стихи, посвященные Н.Ивановой. - Любовь к женщине, которая хоть и вращается в светском обществе, живет по законам света, но не утратила своей человечности, душевности, доброты. Этой женщиной была Е.Сушкова. 2. Любовь и уважение к женщине — другу, товарищу, который никогда не подведет, на которого в любую минуту можно положиться, довериться, который всегда поможет, посоветует, подскажет верное решение. М.Ю.Лермонтов своим другом и советчиком мог назвать только одну женщину — В.Лопухину. Любовь к ней он пронес через всю свою жизнь. 3. Проникновенная и горячая любовь к женщине-человеку. Сопоставляя любовную лирику А.С. Пушкина и М.Ю. Лермонтова можно сделать вывод, что их любовные переживания очень похожи. Каждый из поэтов испытывает определенные жизненные трудности, которые, так или иначе, влияют на развитие лирики. Оба поэта то разочаровываются в любви, то снова полны ею. Это чувство полностью их захватывает. Отсюда и схожесть тем и мотивов их любовной лирики.




See also: