1. Русская природа в творчестве С. Есенина.

2. Эмигрантская Россия, глазами Есенина.



3. Советская Россия, глазами поэта.

Гэй ты, Русь, моя родная...

С. А. Есенин

С. А. Есенин был и остается одним из немногих, подлинно народных поэтов нашей страны. Уже в ранних стихах поэта определились основные темы его творчества. И одной из главных тем в лирике Есенина навсегда стала родина. Россия, Русь встает со страниц всех его стихов, даже тех, в которых не говорится о ней прямо. Всюду мы видим картины русской природы:

Край любимый! сердцу сняться

Скирды солнца в водах лонных.

Я хотел бы затеряться

В зеленях твоих стозвонных.

По меже на переметке

Резеда и риза кашки.

И вызванивают в четкм

Ивы — кроткие монашки.

Его родина — это березы у пруда, придорожные травы, зеленые леса и бескрайние поля без конца и без края:

Я пастух, мои палаты —

Межи зыбистых полей,

По горам зеленым — скаты

С гарком гулких дупелей.

Во всей русской поэзии не найти больше таких прекрасных и удивительно емких картин родной природы. Это целые художественные полотна, заключенные в нескольких стихотворных строчках, удивительные по своей простоте и прелести. Подчас его стихи о природе кажутся строчками чудесной народной сказки:

Поет зима-аукает,

Мохнатый снег баюкает

Стозвоном сосняка.

Кругом с тоской глубокою

Плывут в страну далекую

Седые облака.

А теплота, с который поэт говорит даже об озябших «малых птахах» выдает чувство огромной нежности Есенина к родной природе. Мы чувствуем, как бесконечно дороги крестьянскому поэту родные места.

Но пейзажи Есенина — это не только поля и леса, это и хаты и деревенские церквушки и околицы:

Гэй ты, Русь, моя родная,

Хаты — в ризах образа...

Не видать конца и края —

Только синь сосет глаза.

В эти картины природы органично вплетаются и картины народного быта, гуляний, празднеств, народных обрядов:

Пахнет яблоком и медом

По церквам твой кроткий Спас.

И гудит над корогодом

На лугах веселый пляс.

Побегу по мятой стежке

На приволь зеленых лех,

Мне навстречу, как сережки,

Прозвенит девичий смех.

Русская природа так или иначе присутствует в большей части произведений поэта. Она нередко выступает фоном в его любовной лирике. Даже далекой персиянке он рассказывает о красоте родной земли:

Потому, что я с севера, что ли,

Что луна там огромней в сто раз,

Как бы ни был красив Шираз.

Он не лучше рязанских раздолий.

Но не только картины родной природы служат для Есенина источником вдохновения. Россия уже в раннем творчестве поэта предстает перед нами с самых разных сторон. Это не только прекрасная страна полей и лугов, которую он любит «до радости и боли», это и нищий, скудный заброшенный край:

Край ты мой заброшенный,

Край ты мой, пустырь,

Сенокос некошеный,

Лес да монастырь.

Избы забоченились,

А и всех-то пять.

Крыши их запенились

В заревую гать.

Но Россия — это еще и кладезь духовности, край странников, богомольцев, молебнов с хоругвями. Край простых и смиренных людей, бесхитростных и религиозных:

По дороге идут богомолки,

Под ногами полынь, да комли.

Раздвигая щипульные колки,

На канавах звенят костыли.

Но появляется в творчестве поэта и еще один образ — родины, страны разбойной и мятежной. По дорогам ее бредут не богомолки и калики, а «люди в кандалах»:

Все они убийцы или воры,

Как судил им рок.

Полюбил я грустные их взоры

С впадинами щек.

Есенин не отвергает и такую Россию — преступножестокую, он признает свое родство с ней:

Я одну мечту, скрывая нежу,

Что я сердцем чист.

Но и я кого-нибудь зарежу

Под осенний свист.

И меня по ветреному свею,

По тому ль песку,

Поведут с веревкою на шее

Полюбить тоску.

Новый этап в творчестве Есенина и в его восприятии образа родины наступил после событий 1917 года. Есенин прошел не простой путь от полного отрицания всех своих прежних убеждений, идеалов православия и Святой Руси, до мечты о «крестьянском рае», в конечном счете соединившей в себе идеалы христианства с идеями социальной справедливости. Он освящает революцию образом Христа, его спасительной жертвы:

Но вдруг огни сверкнули...

Залаял медный груз.

И пал, сраженный пулей,

Младенец Иисус.

Но постепенно под влиянием реальной жизни, гражданской войны, голода, разрухи, конфликтов власти с крестьянами, поэт расстается с утопическими мечтаниями, душу его заполняет смятение и неуверенность и образ родины соединяет в себе тоску по «соломенной избяной России» и бессилия уходящей жизни перед лицом гибели:

Не живые, чужие ладони,

Этим песням при вас не жить!

Только будут колосья-кони

О хозяине старом тужить.

Поэта глубоко волнует судьба родины. Как Блок и многие другие поэты и философы, Есенин был убежден в том, что России не следует идти по западному европейско-американскому пути, что у нее своя собственная, особая дорога. Он напряженно вглядывался в те изменения, которые происходили в стране, в различных сферах жизни, пытался понять их суть и предугадать, «куда несет нас рок событий». В 20-х годах )0( века поэт побывал за границей и увидел еще одну Россию — эмигрантскую. Россию, без родины. Увидел всю тоску и безысходность людей оказавшихся на чужбине. Они еще надеются, что большевики скоро падут и все вернется на «круги своя». Но надежды эти все иллюзорнее, а жизнь беспросветней:

Снова пьют здесь, дерутся и плачут

Под гармоники желтую грусть.

Проклинают свои неудачи.

Вспоминают Московскую Русь.

Созданный Есениным в этот период цикл стихов «Москва кабацкая» — свидетельство глубочайшего духовного кризиса, переживаемого поэтом.

И все же он чувствует, что возврата к старому нет, он пытается принять естественный ход событий, увидеть зарождающуюся новую Россию:

Есть другие люди,

Те, что верят,

Что тянут в будущее робкий взгляд.

Почесывая зад и перед,

Они о новой жизни говорят.

И он пытается смотреть их глазами, пытается принять Русь Советскую:

Приемлю все.

Как есть все принимаю.

Готов в идти по выбитым следам.

Отдам всю душу октябрю и маю,

Но только лиры милой не отдам.

Несмотря на все искреннее желание оценить эту новую Россию, поэт чувствует себя в ней чужим. Даже родная деревня уже не принимает его:

А жизнь кипит.

Вокруг меня снуют

И старые и молодые лица.

Но некому мне шляпой поклониться,

Ни в чьих глазах не нахожу приют.

Но эта боль и обита от собственной бесприютности и одиночества поднимает поэта на новый философский уровень восприятия жизни. Он сам обрывает свою жалобу:

Опомнись! Чем же ты обижен?

Ведь это только новый свет горит

Другого поколения у хижин.

Такой озаренной светом новой жизни пытается увидеть поэт свою родину.

Следовательно, мы видим, что в восприятии родины Есенин прошел долгий и сложный путь от трогательного восхищения до глубоких раздумий и сомнений, разрешившихся в итоге принятием неизбежных изменений и надеждой на новую жизнь.




See also: