Тема Петербурга задана в русской литературе Пушкиным. Именно в его «Медном всаднике», в «Пиковой Даме» мы сталкиваемся с двуликим городом: прекрасным, могучим Петербургом, творением Петра, и городом бедного Евгения, городом, само существование которого оборачивается трагедией для маленького человека. Точно так же двулик Петербург Гоголя: блестящий фантастический город подчас враждебен человеку, судьба которого может быть изломана не улицах северной столицы. Печален Петербург Некрасова – Петербург парадных бездушных подъездов, кровавой Сенной площади. Особое место в литературном образе Петербурга занимает Петербург Достоевского. Петербург Достоевского – это город униженных и оскорблённых, город, в котором совершаются преступления, город, само существование которого побуждает человека к убийству, другого ли, себя ли. Место действия романа «Преступление и наказание» — распивочные, трактиры, трущобы, полицейские конторы, дома терпимости, дворы-колодцы, закоулки, комнаты-гробы и шкафы, чёрные лестницы, облитые помоями, Сенная площадь и Канава. Судьбы героев подчас решаются именно на улице ( тем самым Петербург становится городом гибели людей): погибает под колёсами щёгольской коляски Мармеладов, на улице умирает чахоточная Катерина Ивановна, на улицу идёт Соня продавать себя, на проспекте перед каланчей кончает жизнь самоубийством Свидригайлов, в Неве находят женщину-утопленницу, на Конногвардейском бульваре Раскольников видит пьяную девочку, на Сенную выходит каяться перед народом главный герой, по улицам города бродит он перед, и после убийства. Достоевский практически не говорит о прекрасном Петербурге даже тогда, когда он пишет о прекрасном городе, он тут же возвращается к грязному Петербургу: «Проходя мимо Юсупова сада … он пришёл к убеждению, что если бы распространить Летний сад на всё Марсово поле и даже соединить его с дворцовым Михайловским садом, то была бы прекраснейшая и полезнейшая для города вещь. Тут заинтересовало его вдруг: почему именно во всех больших городах человек не то что по одной необходимости, но как-то особенно склонен жить и селиться именно в таких частях города, где нет ни садов, ни фонтанов, где грязь и вонь, и всякая гадость». Петербург слит с состоянием своих героев, в этом городе реальное кажется фантастическим, а фантастика – реальностью. Фантастичным кажется появление Свидригайлова, само существование старухи процентщицы, подчас нереальным Раскольников ощущает своё преступление. В описании города и его героев преобладает жёлтый цвет. Грязно-жёлтые обои в комнате Раскольникова, такого же цвета обои и в комнате Сони, и в квартире старухи, жёлтая мебель в кабинете Порфирия Петровича и старухи процентщицы, ярко-жёлты домики на Петровском острове, жёлтые лица и у Раскольникова, и у Порфирия Петровича, и у старухи. Соня получает вместо паспорта жёлтый билет. Свидригайлов называет Петербург городом полусумасшедших. Такое нагнетание жёлтого цвета не случайно. Ведь и сумасшедший дом называют «жёлтым домом». Этот город сводит человека с ума, делая его существование подчас невыносимым. Город – это и дома, в которых живут люди. Дома, где живут герои, ужасны. «Каморка его … походила более на шкаф, чем на квартиру». «Огарок освещал беднейшую комнату шагов в десять длиной, всю её было видно из сеней». «Это была крошечная клетушка, имевшая самый жалкий вид со своими жёлтенькими, пыльными и всюду отставшими от стены обоями, и до того низкая, что чуть-чуть высокому человеку становилось в ней жутко…». В этих комнатах страшно жить, здесь зарождаются теории, подобные теории Раскольникова, здесь гибнут и взрослые и дети. Действие романа происходит летом. Лето в Петербурге – это северное лето. Лето в романе – жаркое, такое, что трудно дышать. Трудно дышать на улицах, трудно дышать в распивочных, квартирах, углах. «Было душно, так что было даже нестерпимо сидеть, и всё до того было пропитано винным запахом, что кажется, от одного этого воздуха можно было в пять минут сделаться пьяным». Эта удушающая атмосфера становится символом города, где зреет мысль Раскольникова, где свершаются преступления. Петербург – это город одиночества. «Ведь надо же, чтобы всякому человеку хоть куда-нибудь можно было пойти. Ибо бывает такое время, когда непременно надо хоть куда-нибудь пойти!» — почти кричит Мармеладов. Здесь человек стремится к уединению, стремится отгородиться ото всех. «Он решительно ушёл от всех, как черепаха в свою скорлупу», — пишет Достоевский о Раскольникове. Панораме страшного города противопоставлено описание природы в эпилоге романа. «День опять был ясный и тёплый.… С высокого берега открывалась широкая окрестность. С дальнего другого берега чуть слышно доносилась песня. Там, в облитой солнцем необозримой степи, чуть приметными точками чернелись кочевые юрты. Там была свобода, и жили другие люди, совсем не похожие на здешних, точно не прошли ещё века Авраама и стад его». Так противопоставлением свободного воздуха Сибири и душного Петербурга заканчивается петербургский роман Достоевского.




See also: