1. Художественные средства изображения героев.

2. Героя из народа и царское приближение.



3. Значение образа царя Ивана Васильевича.

Уже само название «Песни про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова» М. Ю. Лермонтова сближает ее с устным народным творчеством. Почему? Ответ нужно искать в первых строках поэмы:

Ох ты гой еси, царь Иван Васильевич!

Про тебя нашу песню сложили мы,

Про твово любимого опричника

Да про смелого купца, про Калашникова;

Мы сложили ее на старинный лад,

Мы певали ее под гуслярный звон

И причитывали да присказывали.

Итак, поэма написана в форме застольной песни, которые на Руси исполнялись на пирах в царском дворце или в домах знатных бояр. Чтобы придать своему произведению народный колорит, Лермонтов использовал слова и выражения, характерные для устного народного творчества: «на святой Руси, нашей матушке», «диво дивное», «удалой», «воспла-калась». Соответствующий настрой создают также припевки и повторы, которые часто встречаются в произведениях устного народного творчества, как в поэтических, так и в прозаических (в частности, в сказках). То и дело гусляры, исполняющие песню на пиру у боярина Матвея Ромодановского, повторяют: Ай, ребята, пойте — только гусли стройте!

Ай, ребята, пейте — дело разумейте!

Уж потешьте вы доброго боярина

И боярыню его белолицую!

Эти слова своего рода припев «Песни...». Нередко Лермонтов использует слова-синонимы, чтобы подчеркнуть значимость высказывания: «не найти, не сыскать такой красавицы», «забегались, заиграли-ся», «сходилися, собирались удалые бойцы московские», «разгуляться для праздника, потешиться». Подобный прием очень распространен в произведениях устного народного творчества. Кроме того, Лермонтов использовал сравнения, характерные именно для фольклорной традиции:

...Ходит плавно — будто лебедушка;

Смотрит сладко — как голубушка;

Молвит слово — соловей поет;

Горят щеки ее румяные,

Как заря на небе божием...

Силу Калашникова младшие братья сравнивают с ветром, который гонит послушные тучи или с орлом, созывающим орлят на пир, заря над Москвой — с красавицей, умывшейся снегом.

Да и сюжет «Песни...», в сущности, тоже роднит поэму с устным народным творчеством. Герои русских былин сражаются «за правду-матушку», как и Степан Калашников. Конечно, былинным богатырям приходилось чаще всего сражаться с чудовищами и чужеземными захватчиками, а противник «удалого купца» всего-навсего «слуга царя, царя грозного». Но интересно отметить, что Калашников перед кулачным боем на Москве-реке называет Кирибеевича «бусурманским сыном», а ведь врагов русской земли издревле называли басурманами. Это «ласковое» прозвание, которое Калашников дает своему противнику, было бы неправильно назвать лишь гневным выпадом оскорбленного мужа, вышедшего на бой ради поддержания чести своей жены. Чтобы понять, почему Калашников именно так назвал своего врага, нужно разобраться, кто же такой Кирибеевич?

Кирибеевич — царский опричник; так называли царскую охрану, которую Иван Васильевич Грозный использовал в борьбе с неугодными ему людьми в 1565—1572 годах. Единственным законом для опричников была воля царя (и собственная, главное, чтобы она не противоречила царским приказаниям). Не зная предела беззаконий, опричники заслужили сильную ненависть народа. Слово «опричник» стало синонимом слов: «разбойник», «насильник», «злодей». Не случайно в «Песне...» именно опричник выступает как отрицательный персонаж и пытается соблазнить чужую жену. Н. М. Карамзин в «Истории государства Российского» так описывал время опричнины: «Опричник, или кромешник, — так стали называть их, как бы извергов тьмы кромешной, — мог безопасно теснить, грабить соседа и в случае жалобы брал с него пеню за бесчестье... Сказать неучтивое слово кромешнику — значило оскорбить самого царя...».

Но вернемся к произведению Лермонтова. Что еще мы знаем о Кирибеевиче? Перечитаем те строки, где царь укоряет своего «верного слугу» за его странную рассеянность на пиру:

Неприлично же тебе, Кирибеевич,

Царской радостью гнушатися;

А из роду ты ведь Скуратовых,

И семьею ты вскормлен Малютиной!..

Г. Л. Скуратов-Вельский, прозванный Малютой, был одним из вернейших приближенных Ивана Грозного, активным участником многочисленных кровавых расправ. А Кирибеевич, герой поэмы Лермонтова, приходится этому извергу родственником, к тому же он вырос в семье Мапюты! Теперь становится понятен смысл слов Калашникова, назвавшего Кирибе-евича «бусурманским сыном». Для Степана Парамоновича да и для всего русского народа опричник — это тот же завоеватель, захватчик, пришедший грабить и разорять Русскую землю. Если для Кирибе-евича закон — это царская воля и собственные прихоти, то Степан Калашников выходит на бой не только за честь жены, он отстаивает «праеду-матушку», высший закон совести и справедливости, данный не царем, а Богом. Калашников не ищет справедливости у царя, понимая, что тот охотнее станет на сторону своего «верного слуги». «Удалой купец» честно отвечает царю, не заботясь о том, чем эта правда может грозить ему самому: «...я убил его вольной волею». Интересно отметить, что Степан Парамонович просит оберегать грозного царя своих близких — жену, детей и братьев. Прощаясь с братьями, он в лучших русских традициях просит их поклониться его жене и родительскому дому, а еще помолиться за его душу, «душу грешную».

Вероятно, потому, что Степан Калашников старался жить по совести и умер за правое дело, русские люди вспоминают о нем, проходя мимо его могилы на перекрестке трех дорог:

Пройдет стар человек — перекрестится,

Пройдет молодец — приосанится,

Пройдет девица — пригорюнится,

А пройдут гусляры — споют песенку.

А как же царь Иван Васильевич? Ведь в названий поэмы его имя стоит первым! Конечно, образ царя из «Песни...» далек от реального исторического портрета Ивана Грозного. Автор полностью снимает с царя всякую ответственность за недостойное поведение его «верного слуги»:

Ох ты гой еси, царь Иван Васильевич!

Обманул тебя твой лукавый раб,

Не сказал тебе правды истинной,

Не поведал тебе, что красавица

В церкви божией перевенчана,

Перевенчана с молодым купцом

По закону нашему христианскому.

Однако справедливого и мудрого правителя, мечта о котором нашла отражения во многих произведениях устного народного творчества, из Ивана Васильевича не получается. И это тоже роднит «Песню...» с фольклором — вспомним Илью Муромца, которого князь Владимир не оценил по его заслугам.

Разгневанный царь казнит купца Калашникова за то, что он убил в кулачном бою его «верного слугу» Ки-рибеевича, одновременно обещая «пожаловать» из своей казны вдову и детей Степана Парамоновича, а его братьям разрешить «торговать безданно, без-пошлинно». Но все обещанные царские милости теряются на фоне трагической смерти Степана Калашникова. Поэтому-то «удалой купец» так и дорог народу, что ради высшей ценности, которой он считает справедливость, этот человек не пожалел собственной жизни. Таковы истинно народные герои, которые всегда стояли «за землю Русскую», «за правду-матушку» и «за веру православную».




See also: