1. Роман М. А. Булгакова — уникальное произведение русского реализма.

2. Сочетание реальности и фантастики в романе.



3. Нравственно-философский смысл романа.

М. А. Булгаков работал над романом «Мастер и Маргарита» с 1928 года по 1938 год. Он считал это произведение самым важным в своем творчестве. Роман подводил итог развитию условной, гротескной повествовательной линии в русского реализма. Булгакову удалось соотнести трагических героев с целостным обликом сатирической круговерти жизни, вовлечь в реалистический роман фантастику. Это не является противоречием принципам реалистической эстетики, чем-то новым. Новыми становятся лишь цели, к которым обращается Булгаков, совмещая реальное и фантастическое. Для русской литературы было трудной задачей — создать в романе целостный сатирический облик. Писатель пришел к разрешению этой задачи, используя возможности различных прозаических форм.

Жанровая уникальность «Мастера и Маргариты» не позволяет однозначно определить булгаковский роман. Это очень хорошо подметил американский литературовед М. Б. Крепе в своей книге «Булгаков и Пастернак как романисты: Анализ романов «Мастер и Маргарита» и «Доктор Живаго» (1984): «Роман Булгакова для русской литературы, действительно, в высшей степени, новаторский, а потому и нелегко дающийся в руки. Только критик приближается к нему со старой стандартной системой мер, как оказывается, что кое-что так, а кое-что совсем не так... Фантастика наталкивается на сугубый реализм, миф — на скрупулезную историческую достоверность, теософия — на демонизм, романтика — на клоунаду».

Такое смелое и оригинальное соединение фантастического и реального, трагического и комического в одном произведении ставит роман М. А. Булгакова в ряд уникальных явлений мировой культуры, имеющих вечное, неприходящее художественное значение.

Роман М. А. Булгакова не похож на исторический, в нем нет изображения связи эпох и культур по законам причинно-следственным. Эпохи соединяются иным способом. Прошлое и настоящее не просто сосуществовали в «Мастере и Маргарите», но представляли собой единое бытие, бесконечно длящееся событие какого-то не исторического, а нереального действия. Уже в первых главах романа Булгаков без всякого насилия над нашим воображением сводит рядом высокое и низкое, временное и вечное.

Первая глава дает ключ для понимания художественного метода Булгакова, для понимания своеобразия его реализма. «Я — мистический писатель», — говорил он, называя своим учителем Н. В. Гоголя.

В. В. Лакшин заметил, что «Булгаков обнаруживает подлинные чудеса и мистику там, где их мало кто видит — в обыденщине, которая порой выделывает шутки постраннее выходок Коровьева. Это и есть основной способ, основной рычаг булгаковской сатиры, фантастической по своей форме, как сатира Щедрина, но оттого не менее реальной в своем содержании...».

Одним из основополагающих художественных принципов романа становится столкновение социальной и бытовой реальности Москвы 30-х годов с шайкой Воланда, способной органично включиться в эту реальность и взорвать ее изнутри. Столкновение бытового с фантастическим формирует эстетически значимое противоречие. Таким образом, Булгаков создает новое эстетическое качество реализма: он обращается к мистике, противопоставляя ее скверной действительности. Он высмеивает самодовольную крикливость рассудка, уверенного в том, что он создаст точный чертеж будущего, рациональное устройство всех человеческих отношений и гармонию в душе самого человека. Когда Воланд размышляет о кирпиче, который никогда и никому просто так на голову не свалится, он отвергает не просто наивную философию слепого случая. Он утверждает тотальную причинно-следственную связь между событиями и явлениями, то есть ту связь, которая утверждалась классическим реализмом. Когда он размышляет о том, кто управляет всем распорядком на земле и отказывает в этом праве человеку, он отвергает самоуверенность советских исторических концепций и утверждает предопределенность. Булгаков устами своего странного героя формулирует свои эстетические принципы. Следование нравственному закону или отступление от него прямо предопределяет в романе судьбы героев. Атеизм Берлиоза влечет немедленную смерть и лишает его надежды на бессмертие. Но такую судьбу он предопределил себе сам, Воланд лишь дает ему возможность получить по своей вере. На балу у сатаны — получает свое и барон Май-гель, политический доносчик и осведомитель, чью кровь пьет Воланд из черепа Берлиоза. Воланд предстает не только и не столько как судья героев, но лишь как персонаж, воплощающий силу, способную на немедленную реализацию причинно-следственных связей между поступками героев, обнаруживающих их способность или неспособность следовать нравственному закону, и тему, как в прямой зависимости от этого складывается их судьба.

Ставя своих героев перед лицом Вечности, Булгаков утверждает незыблемость нравственных ценностей. Переплетение фантастического и реального создает в романе глубокий пласт философских рассуждений. У Булгакова перераспределяется соотношение Света и Тьмы на земле, в частности в России. Две главные силы добра и зла воплощаются в романе в образах Иешуа Га-Ноцри и Воланда. Нигде в романе не говорится о каком-либо равновесии добра и зла, света и тьмы. «Покой» Мастеру дает Воланд, Левий приносит на то согласие силы, излучающей свет. Принципиальный спор с Воландом — отражение нескончаемой борьбы за право светить или покрывать мраком «грустную» землю.

Во всем романе настоящей творческой личностью является Мастер, с его бесконечными поисками и страданиями. Он пишет произведение всей своей жизни, не жалея времени, не щадя себя, по зову сердца. Он никогда не вращался в кругу литераторов. И первое же столкновение с ними приносит ему гибель: тоталитарное общество раздавило его морально. Ведь он был писатель, а не сочинитель «на заказ». Кампания по травле Мастера разрушает его личное счастье, заставляет его уйти в клинику Стравинского. Булгаков утверждает, что все великие произведения перемещаются в вечность и настоящее признание подлинному художнику будет дано за пределами человеческой жизни, что и показывает нам финал романа.

Подобно своему герою, создавшему никому не нужный роман о Понтии Пилате, М. А. Булгаков оставил нам свою последнюю книгу, роман-завещание. Булгаков писал его как исторически и психологически достоверную книгу о своем времени и о людях, и потому роман стал уникальным документом той эпохи.

По справедливому замечанию Ф. А. Искандера, «Мастер и Маргарита» — это «плод отчаяния и выход из отчаяния сильного человека. Это философский итог жизни и это духовное возмездие бюрократии, навеки заспиртованной в свете вечности... Здесь каждый навеки пригвожден к своему месту. Поражает благородная возвышенность требований к художнику, то есть к самому себе. Вероятно, так и должно быть».




See also: