Главные особенности лирики поэта — тождество явлений внешнего мира и состояний человеческой души, всеобщая одухотворенность природы. Это и определило не только философское содержание, но и художественные особенности поэзии Тютчева. Привлечение образов природы для сравнения с различными периодами жизни человека — один из главных художественных приемов в стихотворениях поэта. Излюбленный тютчевский прием — олицетворение («тени смесились», «звук уснул»). Л.Я. Гинзбург писала: «Детали рисуемой поэтом картины природы — это не описательные подробности пейзажа, а философские символы единства и одушевленности природы» Пейзажную лирику Тютчева точнее будет называть пейзажно-философской. Изображение природы и мысль о природе сплавлены в ней воедино. Природа, по Тютчеву, вела более «честную» жизнь до человека и без него, чем после того, как человек появится в ней. Величие, великолепие открывает поэт в окружающем мире, мире природы. Она одухотворена, олицетворяет ту самую «живую жизнь, по которой тоскует человек»: «Не то, что мните вы, природа, // Не слепок, не бездушный лик, // В ней есть душа, в ней есть свобода, // В ней есть любовь, в ней есть язык…» Природа в лирике Тютчева имеет два лика — хаотический и гармонический, и от человека зависит, способен ли он услышать, увидеть и понять этот мир. Стремясь к гармонии, душа человеческая обращается как к спасению, к природе как к божьему творению, ибо она вечна, естественна, полна одухотворенности. Мир природы для Тютчева — живое существо, наделенное душой. Ночной ветер «понятным сердцу языком» твердит поэту о «непонятной муке»; поэту доступны «певучесть морских волн» и гармония «стихийных споров». Но где же благо? В гармонии природы или в лежащем под нею хаосе? Тютчев ответа не нашел. «Вещая душа» его вечно билась «на пороге как бы двойного бытия». Поэт стремится к цельности, к единству между природным миром и человеческим «Я». «Все во мне, — и я во всем» — восклицает поэт. Тютчев, как и Гете, одним из первых поднял знамя борьбы за целостное ощущение мира. Рационализм свел природу к мертвому началу. Из природы ушла тайна, из мира ушло ощущение родства между человеком и стихийными силами. Тютчев страстно желал слиться с природой. И когда поэту удается понять язык природы, ее душу, он достигает ощущения связи со всем миром: «Все во мне, — и я во всем». Для поэта в изображении природы привлекательны и пышность южных красок, и волшебство горных массивов, и «грустные места» средней России. Но особенно пристрастен поэт к водной стихии. Чуть ли не в трети стихотворений речь идет о воде, море, океане, фонтане, дожде, грозе, тумане, радуге. Непокой, движение водных струй сродни природе души человеческой, живущей сильными страстями, обуреваемой высокими помыслами:

Как хорошо ты, о море ночное, - Здесь лучезарно, там сизо-темно… В лунном сиянии, словно живое, Ходит, и дышит, и блещет оно… В этом волнении, в этом сиянье, Весь, как во сне, я потерян стою - О, как охотно бы в их обаянье Всю потопил бы я душу свою… («Как хорошо ты, о море ночное…»)

Любуясь морем, восхищаясь его великолепием, автор подчеркивает близость стихийной жизни моря и непостижимых глубин души человеческой. Сравнение «как во сне» передает преклонение человека перед величием природы, жизни, вечности. Природа и человек живут по одним законам. С угасанием жизни природы угасает и жизнь человека. В стихотворении «Осенний вечер» изображается не только «вечер года», но и «кроткое», а потому «светлое» увядание человеческой жизни:

…и на всем Та кроткая улыбка увяданья, Что в существе разумном мы зовем Божественной стыдливостью страданья! («Осенний вечер»)

Поэт говорит:

Есть в светлости осенних вечеров Умильная, таинственная прелесть… («Осенний вечер»)

«Светлость» вечера постепенно, переходя в сумерки, в ночь, растворяет мир в темноте, в который тот исчезает из зрительного восприятия человека:

Тени сизые смесились, Цвет поблекнул… («Тени сизые смесились…»)

Но жизнь не замерла, а лишь затаилась, задремала. Сумрак, тени, тишина — это условия, в которых пробуждаются душевные силы человека. Человек остается один на один со всем миром, вбирает его в себя, сам сливается с ним. Миг единения с жизнью природы, растворения в ней — высшее блаженство, доступное человеку на земле.




See also: