1. Нелегкая судьба Сергея Яковлевича Эфрона.

2. Книга о мудрости детства.



3. Автобиографичность повести «Детство».

По свидетельствам современников, Сергей Яковлевич Эфрон был человеком деятельным и активным, несмотря на свою физическую слабость и болезненность. Это был добрейшей души человек, которому не посчастливилось родиться и жить в смутное время. Вся его жизнь складывалась из противоречий: творческая мягкая натура, он вынужден служить офицером в белой армии, а значит, и принимать участие в боях, убийстве людей; богато наделенный литературным талантом, он отказывается от писательской деятельности; будучи мужем Марины Цветаевой, он понимает, что ему никогда не сравниться с поэтической гениальностью жены. Безусловно, это не могло не отражаться и на душевном состоянии Сергея Яковлевича. Он чувствовал тяжелую внутреннюю раздвоенность, надлом. Возможно, именно это сыграло не последнюю роль в раскаянье этого талантливого человека и в возвращении его в Россию навстречу своей гибели. Еще в эмиграции он начинает идеализировать личность Сталина и пропагандировать идеи Советской власти. Впоследствии он /А по заданию советских «органов» принимает участие в политическом убийстве. В 1937 году Эфрон реэмигрирует в СССР. А через два года его забирают на Лубянку. А еще через два года в возрасте 48 лет Сергей Яковлевич Эфрон был расстрелян. Трагическая судьба Эфрона сплелась с такими же судьбами многих репрессированных того времени. Однако, не смотря ни на что, Эфрон успел оставить потомкам удивительное по своей чистоте и искренности произведение — повесть «Детство». Книга девятнадцатилетнего автора увидела свет в 1912 году. В этот же год состоялось бракосочетание Марины Цветаевой и Эфрона. Речь в повести идет о двух мальчиках семи и пяти лет. Автор сумел правдиво с любовью показать психологию ребенка. Произведение воспринимается как что-то светлое, легкое, поэтическое. Иногда оно созвучно стихотворению в прозе. Главная мысль автора состоит в том, что дети — это загадочные и удивительные создания. Они наделены особой мудростью, они подсознательно понимают и знают то, что со временем, к сожалению, безвозвратно теряется. Искренняя вера в чудо, в волшебство насыщает жизнь ребенка непреодолимо волнующим и манящим. К примеру, главные герои повести семилетний Кира и пятилетний Женя естественны в своем желании получать письма. «Тайна, заключенная в этих больших и маленьких, узких и квадратных, надписанных различным почерком конвертах», не дает покоя маленьким героям. Письма еще «пишут». И тут включается богатая детская фантазия. Кто пишет?: «Может быть какой-нибудь капитан, собирающий юнг для своего корабля, может быть маленький граф, которого украли цыгане... или какой-нибудь король, которому мы понравились и который хочет сделать из нас принцев...». — Мечты детей искренне наивны и еще далеки от взрослого расчетливого мира. Жизнь мальчиков проходила в атмосфере любви и терпимости. Даже характерные для всех детей шалости не сердили домашних. Автор достоверно показывает, как ребенок познает окружающий мир, пытается в какой-то мере разобраться в сложной человеческой психологии. Так, к примеру. Кира и Женя любили подшучивать над своими старшими сестрами. Зная о письмах, говорить им, что почты нет. Совершенно различные чувства вызывали сестры у мальчиков. Если Люся бурно реагировала как на отсутствие письма, так и на его наличие, то Лена в любой ситуации была спокойна. Именно поэтому мальчикам намного интереснее было дразнить Люсю, а потом следить за ее реакцией: «нужно было видеть мгновенную перемену ее лица... сдвинутые брови расходились, глаза из слишком темных снова превращались в желтые, улыбка расплывалась во все лицо...».

Сергей Яковлевич тонко подметил стремление маленького человечка ко всему новому. Жизнерадостное восприятие мира, так свойственное детям, нечасто можно встретить у взрослого человека. Весть о приезде таинственной Мары взбудоражило мальчиков. Детское любопытство заставляет мальчиков выспрашивать о гостье у домашних, караулить у окна. Интересны и непосредственны размышления детей о сумасшествии:« — Но разве сумасшедших нужно слушаться? — Что ты! Они сами должны всех слушаться, они хуже маленьких.

— Откуда ты знаешь? — Помнишь, когда мы чуть-чуть не зажарили соседскую курицу, мама сказала, что мы с ума сошли. — Так что же? — Значит, они хуже». — Во всех детских размышлениях сквозит незыблемая и неповторимая детская логика. Взрослым доступно только то, что лежит на поверхности. Детям доступно гораздо большее. Только самые достойные, добрые и хорошие люди ( могут понять ребенка, вместе с ним раскрыть волшебство этого мира. Мне кажется, Сергею Яковлевичу Эфрону это оказалось под силу.

Повесть детство, по свидетельствам современников писателя, во многом автобиографична. Эфрон родился шестым ребенком в семье. Его родители были членами партии «Земля и воля». Не смотря на горе, выпавшее этим людям — смерть троих младших детей, они смогли создать для своих домочадцев атмосферу любви и понимания: «семья Эфронов являла собой удивительно гармоническое содружество старших и младших; в ней не было места принуждению, окрику, наказанию». В семье писателя было принято с уважением относиться даже к самому маленькому ее представителю. Дочь Сергея Яковлевича Эфрона в своих мемуарах пишет: «...Все — большие и малые — были людьми темпераментными, страстными, и тем самым — пристрастными; умея любить, умели ненавидеть, но умели и «властвовать собою». Именно эту атмосферу воспроизводит юный писатель в своей повести. Все ее персонажи: и главные, и второстепенные добры и внимательны к детям. Взрослые всегда помнят о том, что каждый человек когда-то был ребенком. С другой стороны, каждый ребенок рано или поздно станет взрослым.

По мнению Эфрона, каждому ребенку необходимо создать теплый и уютный мир, поскольку именно от первых детских впечатлений зачастую зависит и дальнейшее развитие личности, и даже, в какой-то мере, судьба.




See also: