Поэма «Мертвые души» отражает социальные явления и конфликты, которыми характеризовалась русская жизнь 30?х – начала 40?х гг. XIX в. В ней очень верно подмечены и описаны образ жизни и нравы того времени. Рисуя образы помещиков: Манилова, Коробочки, Ноздрева, Собакевича и Плюшкина, автор воссоздал обобщенную картину жизни крепостной России, где царил произвол, хозяйство находилось в упадке, а личность претерпевала нравственную деградацию, причем независимо от того, была ли она личностью рабовладельца или раба. Визит к помещику Плюшкина автор начинает с описания деревни и поместья. Любой дом несет на себе отпечаток личности его владельца. Н. В. Гоголь до предела довел эту черту в «Мертвых душах», и сходство стало почти гротескным, так что получились как бы двойные портреты героев поэмы. Чичиков в своих разъездах и хлопотах посещает потенциальных продавцов мертвых душ, и каждое дворянское поместье точно отражает характер хозяина.

На всех строениях Чичиков заметил «какую?то особенную ветхость». Все дома в деревне были словно ободранные, в окнах стекол не было, даже церковь «испятнанная, истрескавшаяся». Господский дом тоже выглядел инвалидом: облупившаяся штукатурка, забитые досками окна. Вся эта обстановка говорила о беспросветной участи обитателей. И то, что всеобщий упадок произошел не из?за мотовства ее владельца, а стал следствием болезненной скупости, говорит о полном распаде личности. На фоне жалкой деревушки перед Чичиковым предстала странная фигура: не то мужик, не то баба, в «неопределенном платье, похожем на женский капот», таком рваном, замасленном и заношенном, что «если бы Чичиков встретил его так принаряженного где?нибудь у церковных дверей, то, вероятно, дал бы ему медный грош». Между тем в амбарах у него хранились огромные запасы, сушилы были загромождены множеством холстов, сукон, овчин, на рабочем дворе хранилась посуда, никогда не употреблявшаяся, да и крепостных крестьян у него было больше, чем у других помещиков уезда. Вся жизнь этого человека свелась к одному: тащить все к себе, копить, обирать крестьян. Бессмысленная жажда накопительства Плюшкина доведена до абсурда.



Он постоянно ворует у крестьян, собирает всякую дрянь, пополняя кучу в углу дома. Страсть приобретательства привела к тому, что он утратил реальное представление о предметах, перестал отличать полезные вещи от ненужного хлама. Люди у него «мрут как мухи», десятками числятся в бегах. Крестьян он считает тунеядцами и ворами, питает к ним ненависть и видит в них существа низшего порядка. «Вон наш рыболов пошел на охоту», – говорят о нем мужики. В этой метафоре заложен глубокий смысл – «вылавливания душ человеческих».

Плюшкин, в рубище, как святой подвижник, вспоминает о том, что он должен был «вылавливать» и собирать вместо бесполезных вещей души человеческие. «Святители мои!» – восклицает он, когда эта мысль озаряет его подсознание. Гоголь рассказывает обо всей жизни Плюшкина, что в корне отличает его от других помещиков и сближает с Чичиковым. Его прошлая жизнь трагически противоположна его плачевной старости. Было время, был и он хозяином рачительным, и семьянином счастливым. Его поместье было образцовым, посмотреть на которое и перенять опыт хозяина приезжали соседи. Была у него «приветливая и говорливая» жена, были две милые дочки и сын. Жена умерла, старшая дочь убежала с кавалерийским офицером, вторая дочь умерла, сын, служа в полку, проигрался в карты.

Плюшкин отказался от дочери, проклял сына, перестал принимать гостей и бывать у соседей, руководствуясь соображением, что дружба и родственные связи ведут за собой материальные издержки. В дальнейшем Гоголь сухо и сжато рассказывает о постепенном превращении живого человека в духовного мертвеца. Плюшкин – самый страшный типаж в галерее гоголевских помещиков. При создании этого образа Гоголь шел по пути наибольшего сопротивления – у него были гениальные предшественники в изображении скупца: Мольер, Пушкин, Бальзак. Плюшкин ужаснее всех скопцов на свете, потому что здесь выведена душа заведомо мертвая. Нарисовав жуткую картину нравственного падения, Гоголь заставляет читателя ужаснуться и задуматься.




See also: