Марина Ивановна Цветаева (1892-1941) – драматург и прозаик, одна из самых известных русских поэтесс, трагическая полная взлетов и падений судьба которой не перестает волновать сознание читателей и исследователей ее творчества.

26 сентября (8 октября) 1892 в Москве, в семье профессора Московского университета (позже – основателя знаменитого Музея изобразительных искусств) Ивана Владимировича Цветаева и его жены, Марии Александровны, урожденной Мейн, родилась дочь Марина, а спустя два года – Анастасия. Детство Марины проходило в Москве, а летние месяцы, до 1902 года, – в Тарусе на Оке. По происхождению, семейным связям, воспитанию она принадлежала к трудовой научно-художественной интеллигенции. Если влияние отца, Ивана Владимировича, университетского профессора и создателя одного из лучших московских музеев (ныне музея Изобразительных Искусств), до поры до времени оставалось скрытым, подспудным, то мать, Мария Александровна, страстно и бурно занималась воспитанием детей до самой своей ранней смерти, – по выражению дочери, завела их музыкой: “После такой матери мне осталось только одно: стать поэтом”. Характер у Марины Цветаевой был трудный, неровный, неустойчивый. Илья Эренбург, хорошо знавший ее в молодости, говорит: “Марина Цветаева совмещала в себе старомодную учтивость и бунтарство, пиетет перед гармонией и любовью к душевному косноязычию, предельную гордость и предельную простоту. Ее жизнь была клубком прозрений и ошибок”.

Детство, юность и молодость Марины Ивановны прошли в Москве и в тихой подмосковной Тарусе, отчасти за границей. Училась она много, но, по семейным обстоятельствам, довольно бессистемно: совсем маленькой девочкой – в музыкальной школе, потом в католических пансионах в Лозане и Фрайбурге, в ялтинской женской гимназии, в московских частных пансионах.

Стихи Цветаева начала писать с шести лет (не только по-русски, но и по-французски, по-немецки), печататься – с шестнадцати. Герои и события поселились в душе Цветаевой, продолжали в ней свою “работу”. Маленькая, она хотела, как всякий ребенок, “сделать это сама”. Только в данном случае “это” было не игра, не рисование, не пение, а написание слов. Самой найти рифму, самой записать что-нибудь. Отсюда первые наивные стихи в шесть - семь лет, а затем – дневники и письма.

С 1902 года, когда М. А. Мейн заболела неизлечимой чахоткой, семья вынуждена была жить заграницей: в Италии, Швейцарии, Германии. В 1905 году семья Марины Цветаевой приехала в Крым. Летом 1906 года Мария Александровна скончалась в Тарусе. Марина Цветаева переменила несколько гимназий, не задержавшись ни в одной. Писала стихи, собирала книгу.

В октябре 1910 года в Москве вышла первая книга стихов Марины Цветаевой “Вечерний альбом”, получившая одобрительную рецензию М. А. Волошина. С того момента возникла ее дружба с М. Волошиным. Написала первую критическую статью: “Волшебство в стихах Брюсова”. Стихи юной Цветаевой были еще очень незрелы, но подкупали своей талантливостью, известным своеобразием и непосредственностью. На этом сошлись все рецензенты. Строгий Брюсов, особенно похвалил Марину за то, что она безбоязненно вводит в поэзию “повседневность”, “непосредственные черты жизни”, предостерегая ее, впрочем, опасности впасть в “домашность” и разменять свои темы на “милые пустяки”: “Несомненно, талантливая Марина Цветаева может дать нам настоящую поэзию интимной жизни и может, при той легкости, с какой она, как кажется, пишет стихи, растратить все свои дарования на ненужные, хотя бы и изящные безделушки”.

В этом альбоме Цветаева облекает свои переживания в лирические стихотворения о не состоявшейся любви, о невозвратности минувшего и о верности любящей:

Ты все мне поведал – так рано!

Я все разглядела – так поздно!

В сердцах наших вечная рана,

В глазах молчаливый вопрос

Темнеет, Захлопнули ставни,

Над всем приближение ночи

Люблю тебя призрачно - давний,

Тебя одного – и на век!

В ее стихах появляется лирическая героиня – молодая девушка, мечтающая о любви. “Вечерний альбом” – это скрытое посвящение. Перед каждым разделом – эпиграф, а то и по два. Марина была очень жизнестойким человеком (“Меня хватит еще на 150 миллионов жизней!”). Она жадно любили жизнь и, как положено поэту-романтику, предъявляла ей требования громадные, часто – непомерные. В стихотворении “Молитва” скрытое обещание жить и творить: “Я жажду всех дорог!”. Они появятся во множестве – разнообразные дороги цветаевского творчества. В стихах “Вечернего альбома” рядом с попытками выразить детские впечатления и воспоминания соседствовала недетская сила, которая пробивала себе путь сквозь немудренную оболочку зарифмованного детского дневника московской гимназистки. В “Вечернем альбоме” Цветаева много сказала о себе, о своих чувствах к дорогим ее сердцу людям; в первую очередь о маме и о сестре Асе. В лучших стихотворениях первой книги Цветаевой уже угадываются интонации главного конфликта ее любовной поэзии: конфликта между “землей” и “небом”, между страстью и идеальной любовью, между стоминутным и вечным и – мире – конфликта цветаевской поэзии: быта и бытия.

5 мая 1911 года Цветаева приехала к М. Волошину в Коктебель, где встретилась со своим будущим мужем – Сергеем Яковлевичем Эфроном. Они едут лечить Сергея кумысом в Уфимскую губернию: у него туберкулез.

27 января 1912 года состоялось венчание Марины Цветаевой и Сергея Эфрона. Февраль. Выходит в свет вторая книга стихов Марины Цветаевой “Волшебный фонарь”. 29 февраля это же года новобрачные уехали в свадебное путешествие: Италия, Франция, Германия. 31 мая 1912 года был открыт Музей Александра III (он же – Музей изящных искусств, потом – изобразительных искусств), а 5 (18 сентября) у М. Цветаевой родилась дочь Ариадна. В феврале 1913 года в печати выходит третий сборник М. Цветаевой – “Из двух книг” и в то же время Марина Цветаева работает над новой книгой “Юношеские стихи” 1912 – 1915 гг., которая не была издана. В это время Цветаева – “великолепная и победоносная” – жила уже очень напряженной душевной жизнью. Устойчивый быт уютного дома в одном из старомосковских переулков, неторопливые будни профессорской семьи – все это было поверхностью, под которой уже зашевелился “хаос” настоящей, не детской поэзии. К тому времени Цветаева уже хорошо знала себе цену как поэту (уже в 1914г. она записывает в своем дневнике: “В своих стихах я уверена непоколебимо”), но ровным счетом ничего не делала для того, чтобы наладить и обеспечить свою человеческую и литературную судьбу. Жизнелюбие Марины воплощалось прежде всего в любви к России и к русской речи. Марина очень сильно любила город, в котором родилась, Москве она посвятила много стихов

Апрель – август 1913 года Марина Цветаева с семьей живут в коктебельском доме М. Волошина, но 30 августа в Москве скончался И. В. Цветаеви период с сентября по декабрь семья Цветаевой живет в Крыму: Ялта, Феодосия, где выступает на литературных вечерах.

Всю зиму Марина работала над поэмой “Чародей”, которая вошла в “Юношеские стихи”. Осенью Цветаева нашла наконец “волшебный дом” в Борисоглебском переулке. Осенью же состоялся переезд, после которого был написан цикл лирических стихов, вдохновленных встречей с поэтессой С. Я. Парнок. Роман Парнок и Цветаевой был очень коротким, но насыщенным по силе и известным всей литературной Москве.

11 февраля 1915 года Цветаевой было написано первое стихотворение, обращенное к Анне Ахматовой (“Узкий, нерусский стан”). В марте этого года Сергей Эфрон начинает ездить на фронт с санитарным поездом, весну и лето Марина проводит с С. Парнок в Коктебеле и Малороссии, где происходит встреча с Осипом Мандельштамом, что оказало определенное влияние на творчество Марины Цветаевой.

В августе 1915 поэт возвращается в Москву, но в декабре снова уезжает с С. Парнок в Петроград, где и встречает Новый год. Здесь происходит встреча на вечере с Михаилом Кузминым и уже вторая встреча с О. Мандельштамом, после чего 20 января она возвращается в Москву и на следующий день выступает на вечере поэтесс в Политехническом музее. Цветаева в то время печатается почти в каждом номере петроградского журнала “Северные записки”.

В конце января – начало февраля 1916 в Москву приезжает Осип Мандельштам и Марина Цветаева пишет стихи, которые посвящает ему, а также стихи о Москве. В марте в ее творчестве нашло отражение знакомство с Тихоном Чурилиным, чуть позже поток стихов к Александру Блоку. Блок в жизни Цветаевой был единственным поэтом, которого она чтила не как собрата по “старинному ремеслу”, а как божество от поэзии, и которому, как божеству, поклонялась. Всех остальных, ею любимых, она ощущала соратниками своими, вернее – себя ощущала собратом и соратником их, и о каждом считала себя вправе сказать, как о Пушкине: “Перья навостроты знаю, как чинил: пальцы не присохли от его чернил!”. Творчество лишь одного Блока восприняла Цветаева, как высоту столь поднебесную – не отрешенность от жизни, а очищенностью ею; что ни о какой сопричастности этой творческой высоте она, в “греховности” своей, и помыслить не смела.

Летом 1916 года была предпринята поездка М. Цветаевой в г. Александров Владимирской губернии, где был написан цикл стихов к А. Ахматовой. Во второй половине года М. Цветаева пишет много романтических стихотворений; многие стихи 1916 года составят впоследствии книгу “Версты 1”. В этом же году М. Цветаева перевела французский роман Анны де Ноайль “Новое упование” (был напечатан в “Северных записках”).

Страницы: 1 2 3 4